Вообще-то по вечерам я кофе теперь не пью. Только по утрам. Но стоило мне всего лишь подумать о теме сегодняшних "записок на манжетах", как в воздухе разлился его аромат. Воспоминания…
Боролась с искушением недолго. Заварила полчашечки, сижу пью. Нашла оправдание – это нужно для дела! Для вхождения в образ.
То есть, чтобы войти в образ той меня, от имени которой поётся припев: "Давай-ка, пташечка, ещё по чашечке, мы не в Швейцарии с тобой живём…", нужно сделать хотя бы несколько глотков горячего кофе. Делаю.
В этой песне всё парадоксально. Во-первых, почему Швейцария?
Ведь лучший кофе растет в Бразилии, в Африке, во Вьетнаме… Но, оказывается, в Швейцарии совершается три четверти мировых кофейных сделок, и именно там расположены штаб-квартиры крупнейших производителей и продавцов кофе.
Во-вторых, по статистике швейцарцы считаются самыми заядлыми кофеманами в мире. Они выпивают 1063 чашки кофе на человека в год.
Даже эта арифметика произвела на меня не такое сильное впечатление, как размер чашечек, из которых пьют швейцарцы свой утренний кофе. И это в-третьих. Мне таких чашечек нужно минимум четыре, чтобы утолить утреннюю жажду.
Поэтому в своё время я решила, что швейцарцы люди очень стеснительные, это они из вежливости наливают кофе в такие крошечные чашечки. На самом деле им хочется больше! А русскому человеку, который привык всё делать от души и без оглядки, все эти манерности ни к чему.
Я так и написала: "Они стесняются и пьют напёрстками, а мы по-русски души отведём!"
А еще вычитала тогда в каком-то журнале, что, сделав заказ кофе в историческом центре Берна, можно выбрать кресло на веранде, на открытом воздухе, и, завернувшись в плед, долго любоваться снежными вершинами Альп на линии горизонта.
Всё, что не прочтешь в таких журналах, ну совершенно как будто не для нас написано!
Я студентка! У меня стипендия 40 рублей! Какие Альпы?! Какой плед?!
Утром встанешь – бежишь в кофейню на втором этаже общежития. Это если на первую пару не ходить. Отстоишь очередь. Купишь гранёный стакан кофе (наш размерчик) за 14 копеек и пирог с корицей. В лучшие дни – еще две сосиски с горчицей. Вкусно, сытно. Так хорошо, что уже и на вторую пару не хочется. Достанешь из сумки Кортасара – и погружаешься в "Непрерывность парков". Если стипендию выдали на днях, то можно позволить себе ещё один стакан. Заглянешь в расписание: третья пара – зарубежная литература. Можно и сходить. Даже нужно сходить! Потому что после лекции у тебя грандиозные планы: ты с друзьями идешь в кофейню на Третьяковской! Там у тебя "стрелка" с человеком из Питера. Он привёз редкий по тем временам сборник японской поэзии. На Третьяковской хорошего кофе не бывает, только растворимый. Но туда ты ходишь ради атмосферы и новых знакомств. Зато вечером, около восьми, нужно оказаться на Таганке в "Розе ветров", потому что там тебя будут ждать два твоих лепших друга. Один блондин, а второй брюнет. Один учится в Энергетическом, а второй пишет роман. Это от него я узнаю, что Эрнест Хемингуэй любил писать свои романы в кафе. Вообще, если прищурить один глаз и взглянуть на нашего "хемингуэя", накинув ему лет сорок, то вполне можно обнаружить даже некоторое портретное сходство с оригиналом, что придаёт ему в моих глазах ещё больший вес. Но даже без прищура он мне нравится! Не меньше, чем блондин, который учится в энергетическом! И сколько чашек модного тогда кофе по-турецки выпито нами в городских кафетериях и на дружеских кухнях (на что-то ещё, кроме кофе, денег почти всегда не хватало). Но дело даже не в кофе! А в тех студенческих разговорах обо всех самых значительных вещах нашего времени – от теории пассионарности Гумилёва до суверенитета Литвы и вывода войск из Афганистана.
А потом они потащили меня на слёт! Наверное, они мне рассказывали, что такое слёт авторской песни и как нужно к нему готовиться. А я, по своему обыкновению, половину пропустила мимо ушей. Поэтому прибыла на слёт куста Беляево в легкой куртке и тонких джинсах. Думала, что буду романтично всю ночь сидеть у костра и петь песни под звёздами. Вместо этого просидела в холодной палатке, кутаясь в чужой спальник, пытаясь хоть как-то согреться чем-то горючим из алюминиевой кружки и воображая себя… в Берне, под швейцарским пледом… в кресле… Было так холодно, что вспомнились снежные Альпы. И каким божественным напитком показался поутру чай с пеплом и сосновыми иголками из прокопченого котелка!
Каким счастьем показалось возвращение на электричке в Москву – в родное общежитие, в кафешку на втором этаже ДАСа! Я отсчитала 14 копеек, достала из сумки Сэлинджера и принялась за "Дорогой Эсме с любовью и всякой мерзостью". Я заметила, что у каждой порции кофе – своё настроение, своя интрига! Никогда не знаешь, какой сюрприз ожидает тебя со следующим глотком.
Слушать песню "Мы дети уличных кофеен"
P. S. 4 января едем в Рязань, с "Кофейным концертом"!
Присоединяйтесь к событию ВКонтакте и зовите друзей!
---------------------------------------