С утра перед поездкой на производство у нас выдался свободный час, и мы с одним из инженеров, Сергеем, пошли прогуляться. На маленьком, в сущности, клочке земли, на километровом отрезке улицы, встретилось огромное количество храмов: салафитская мечеть, англиканская церковь, шиитская мечеть, православная церковь, старое английское кладбище...
И в каждом пункте нашего путешествия видна история этого района города. Это, похоже, старый мусульманский район, или мохалла, это видно по названиям улиц: Arab Lane, Kaisar Road, Ahmed Road. Салафитскую мечеть мы проходим с легкой опаской.
Мимо нас проходят девушки в черных никабах, дядька с моджахедской бородой метет пол (никаб — это как раз одеяние, полностью закрывающее женское тело, оставляя только разрез для глаз; а более известное у нас слово «хиджаб» означает просто любую ткань, прикрывающую волосы). Напротив заведение «Quran for all!» Среди пёстрой толпы порадовала пара студенток: одна в черном никабе, вторая в обычном девичьем шальвар-камизе (длинная женская рубашка, штаны и длинный шарф, стандартная одежда у незамужних индийских барышень). Идут, держатся за руки, обсуждают экзамены.
Посреди новых зданий попадаются пустыри под муниципальную застройку, занятые самостроем, маленькие пятнышки трущоб.
Сначала мы прячемся от дикого шума и трафика в скверике англиканской церкви. Само здание в колониальном стиле будто сошло со страниц «Властелина колец».
На исполинских акациях растут полуметровые стручки, на столь же огромных хлебных деревьях тоже плоды (как их назвать — хлеба? батоны?). И тишина. По внешнему виду членов общины видно, что их предки перешли в протестантизм, стремясь распроститься со своим низкокастовым статусом. Это всегда был тяжелый путь: индуисткое сообщество начинало их презирать еще более, а англичане, естественно, не хотели видеть их в своих церквях на тех же скамьях. Такие общины обычно очень сплочены.
Дальше проходим мимо шиитской мечети. Вовсю идут ремонтные работы, рядом сохранился традиционный рыночек в виде гостиного двора с галереями.
Все объявления — на урду, языке североиндийских мусульман, хотя мы в южном штате Карнатака. Улица, уходящая вглубь мохаллы, сплошь увешана чёрными флажками — то ли остались после Ашуры, дня поминовения мученически погибших внуков Мухаммада Хуссейна и Хасана, то ли она всегда так украшена.
Рядом стоит церковь керальских ортодоксов. Эти последователи Фомы (того самого, который пальцы совал куда не следует) настолько необычны своей историей, что я вам когда-нибудь про них отдельно расскажу.
Заходим. В продуктовый магазин «Фатима». На верхней балке висит картина с Христом, в красном уголке над кассой — увешанный цветочными гирляндами портрет основателя магазина. Джеймс Назарет Гопапали. Почему он так магазин назвал?!
Дальше проходим мимо частной школы. «Baldwin School for Boys» была учреждена еще англичанами, и постоянно разрастается.
Мы насчитали с десяток огромных зданий и открытый бассейн с трибунами. Я б так поучился! Самое старое здание — безумно красивое, из тесаного камня, с башенками и часами. На улицу оно выходит не фасадом, а торцом, к сожалению. С одной стороны оно полностью закрыто рекламным щитом, а с другой стороны — новым зданием, построенным в метре от старого. Мда, не ценят индийцы архитектурные изыски. По другой стороне все это время тянутся бескрайние футбольные поля полицейской академии, училища военной полиции, казармы.
И вот как только мы доходим до «Cemetery Road», которая тянется между двух английских кладбищ и обязательно выведет на что-то интересное, раздается звонок телефона — приехал водитель, надо опрометью возвращаться в отель и с вещами ехать на фабрику.
Автор: Глеб Стукалин
Если вам понравился мой канал — подписывайтесь и лайкайте!
Если вы хотите что-нибудь спросить/предложить — пишите на почту glebstukalin@yandex.ru