Наконец-то перевели ещё одно исследование социолога Эрвинга Гофмана.
В "Поведении в публичных местах" Гофман на основе исследований одной психиатрической больницы и ряда справочников об этикете разбирает, каким образом обстоятельства влияют на наше восприятие и поведение в общественном пространстве.
В силу того, что жена Гофмана страдала психическим заболеванием и много лет провела в клиниках, а потом все-таки покончила с собой, социолог в своих исследованиях очень часто обращается к изучению условий жизни в замкнутых обществах и впоследствии даже становится активным сторонником отмены принудительной психиатрической госпитализации.
В этом исследовани его заинтересовал тот факт, что, диагностируя психические заболевания, многие врачи обычно обращают всё своё внимание на те аспекты поведения пациента, которые неуместны в данной ситуации. Плохо ведёшь себя — значит больной. Однако никто не пытался посмотреть на этот вопрос с другой стороны.
Гофман же решил изучить не нарушения поведения в социуме, а нормы, принятые в нём. Деконструируя принцип вычисления психически нездоровых людей, он выяснил, почему тот или иной вид поведения попадает под общественные санкции. С помощью своего знаменитого метода "включённого наблюдения" социолог, мимикрируя то под пациента больницы, то под инструктора по физподготовке или специалиста по аграрным наукам, изучал поведение людей в различных обстоятельствах и сравнивал между собой. Нелишним будет сказать, что поведение пациентов психбольницы мало чем отличалось от поведения обычных людей. Неспособность придерживаться правил как в клинике, так и в светской жизни всегда влекло за собой санкции, которые применяются к человеку в той мере, в какой общество признает его здоровым. Хочешь избежать санкций - будь как все, следуй дресскоду, выпивай на вечеринках, придерживайся правил, соблюдай норму, соответствуй. Но у разных людей разные социальные инстинкты и способы производить эффекты.
Один мой друг по долгу службы должен был посещать заседания правительства, но ему этого очень не хотелось. На первое же собрание он пришёл в джинсах и кедах. Больше не звали. В лучшем случае все решили, что он дебил, но, вероятнее всего, поняли его поведение как жест неуважения к событию. Манеры - это защита.
Нарушение приличий в различных ситуациях иногда может рассказать очень много о восприятии нарушителя. Например, чрезмерно открытый наряд девушки - это, скорее всего, желание найти себе партнёра, но, следуя нормам социального приличия, люди обычно стремятся скрывать физические признаки своей способности вступать в сексуальные отношения. Поэтому подобный наряд также может свидетельствовать и о слабом самоконтроле, и о недостаточном обуздании своего подсознания для успешной жизни в обществе. Или, например, если человек хочет показать свою враждебность к кому-то, перед кем он обычно вынужден вести себя строго, то в качестве доступного средства может использовать крайние проявления раскрепощённости.
"Поведение в публичных местах" - это исследование травматичности сосуществования с другими. Читать такую литературу непросто, так как Гофман со свойственным ему цинизмом достаточно вольно обращается с границами между состояниями душевного здоровья и психического дисбаланса. Так что подобная неконкретность иногда вызывает сомнения в оценке поведения окружающих и даже своего собственного.
После прочтения трудно отделаться от привычки наблюдать за мельчайшими особенностями в поведении других. Не знаю, к каким выводам это приведёт вас, но я теперь ставлю диагноз всякому, кто в кинотеатре сидит в телефоне, открыто пялится на меня в лифте ну или слишком усидчиво гладит свою кошку. Искусство выглядеть нормальным не такое уж и простое дело. Знать бы только, зачем. Быть может, чтобы лучше маскироваться в обществе общепринятых стандартов?
