Начало XXI века – эпоха нарастания кризисных тенденций, ставших следствием многочисленных дисбалансов хозяйственного развития. Неустойчивость существующей экономической модели, заставившая говорить об общем кризисе капитализма, вызвала необходимость выработки новых моделей экономической политики государств Запада. Одной из мер, призванных обеспечить устойчивый рост национальных хозяйств развитых стран и укрепить их экономическую безопасность в рамках нестабильной глобальной экономики, стала реиндустриализация – концепция промышленной политики, ориентированная на укрепление индустриального базиса экономики.
Как мера промышленной политики реиндустриализация рассматривается в основном в рамках политэкономического анализа, однако выявление её концептуальных основ выходит за рамки сугубо экономической проблематики, позволяя соотнести реиндустриализацию с модернизационными процессами современности.
Модернизация развивающихся стран привела к становлению в них индустриального экономического базиса и надстраивающейся над ним модели социума с присущими развитому модерну ценностными и идейными установками. Следствием стало перемещение в новые индустриальные страны части промышленного потенциала развитых государств Запада. Сокращение их индустриального базиса – «деиндустриализация» – объяснялось необходимой трансформацией экономической основы обществ, входящих в период развития «после модерна». Кроме этого, благодаря перманентной научно-технической революции роль «драйвера» социально-экономического развития начала переходить от индустриальной сферы к постиндустриальной, от производства материальных благ к производству информации и услуг. Данные изменения были концептуализированы в постиндустриальной схеме общественных трансформаций, фиксирующей потерю материальным производством роли их движущей силы.
Однако, по словам Николая Спасского, «не обладая таким производством – пусть современным, высокоэффективным, минимизирующим использование человеческого труда и материальных ресурсов, но производством, – государство, даже самое высокоразвитое, не может рассчитывать на то, чтобы в течение длительного периода сохранить за собой командные высоты в мировой политике и экономике…» Постиндустриальные трансформации развитых стран не привели к формированию модели их устойчивого бескризисного развития, в силу чего встала задача преодоления дальнейшей деградации и разрушения производственной инфраструктуры. Решение этой задачи возможно в рамках реиндустриализации – процесса, представляющего собою воссоздание индустриального базиса экономики и придание ему роли движущей силы экономического и социального развития. Реиндустриализация не предполагает механического повторения индустриализации, бывшей драйвером прежних этапов модернизации: речь идёт, фактически, о новой модернизационной волне, происходящей на новом витке научно-технического прогресса. Развитие высоких технологий начинает оказывать преображающее воздействие на индустриальный и доиндустриальный способы производства путём совершенствования его средств. Аналогии данному процессу можно найти в прошлом, когда развитие промышленности начало оказывать воздействие на аграрный сектор и другие доиндустриальные сферы путём революционного обновления традиционных средств и технологий производства.
Таким образом, успешная реиндустриализация предполагает наличие развитого постиндустриального сектора в экономике. Созданный им технологический задел становится одной из предпосылок реиндустриализации, так как позволяет осуществлять модернизацию на основе преобладания высокотехнологичной индустрии. В тоже время, постиндустриальные трансформации не обязательно предполагают реиндустриализацию в её складывающихся исторически-конкретных формах – как промышленную политику развитых государств, осуществляющуюся в рамках их национальных хозяйств. При наличии открытого глобализированного мирового хозяйства постиндустриальный прогресс может идти в любом месте мира, обладающем развитым индустриальным базисом. Однако новая модернизационная волна имеет большие возможности для реализации там, где окончательно завершилась предыдущая; процесс деиндустриализации есть, фактически, историческая предпосылка для «новой индустриализации».
Рассмотрение реиндустриализации как явления, осуществляемого преимущественно в рамках национальных хозяйств, требует констатации определённых противоречий между её идеологией и идеологией глобализма. Прежде всего, в отличие от процесса глобализации, реиндустриализация имеет субъекта: им выступает государство, проводящее целенаправленную политику возвращения утерянной промышленности и создания новой. Так, российский исследователь Аркадий Андреев выделяет целый комплекс мер промышленной политики государства, как общесистемного (импортозамещение, поддержка экспорта, увеличение кредитных ресурсов, реформа налоговой системы), так и отраслевого характера. Есть и другое противоречие: между активной ролью государства, предполагающей создание оптимальных условий для своей промышленности, и принципами свободного рынка и международной конкуренции.
Данные противоречия показывают, что идеология реиндустриализации отлична от либеральной идеологии прежней индустриальной модернизации стран Запада. Присущие ей идеологемы открытых границ, свободного рынка и отказа от протекционизма способствуют становлению глобального хозяйства, в рамках которого модернизационные волны не замыкаются в пределах национальных хозяйств, способствуя движению капиталов и производств туда, где для этого создаются наилучшие условия. С одной стороны, преодоление деиндустриализации, ставшей одним из следствий глобализации, влечёт частичный отказ от либеральной идеологии. Но с другой, возвращение производственного потенциала в некогда деиндустриализированные страны есть, по сути, проявление той же логики, что некогда привела к деиндустриализации: вслед за благоприятными условиями ведения бизнеса движется и капитал. В то же время, существует ряд отличий реиндустриализации и от социалистической модели индустриальной модернизации, так как активная роль государства в рамках «новой промышленной политики» не предполагает централизованного планирования модернизационного процесса во всём многообразии его проявлений. Несмотря на ориентацию на «замыкание» производственных цепочек внутри национальных хозяйств, речь не идёт и о выходе реиндустриализирующихся стран из сети мирохозяйственных связей, сложившихся в рамках глобальной капиталистической экономики.
Представляется, что специфицирующий признак идеологии реиндустриализации можно охарактеризовать словами Дениэла Белла: «подчинение экономической функции социальным целям»; и в этом также состоит противоречие с идеологией глобализма, противопоставляющей социальной политике государства «империализм экономической составляющей». Деиндустриализация сыграла негативную роль в способности государств исполнять свои социальные обязательства, поэтому цели и задачи социального характера отныне не могут не учитываться при разработке промышленной политики. В связи с этим, среди положительных социальных эффектов реиндустриализации можно назвать: увеличение занятости, повышение доходов населения, оздоровление предпринимательского климата, бюджетную поддержку различных сфер в силу увеличившихся финансовых возможностей государства и др. В тоже время, как отмечает Аркадий Андреев, «успешная реализация промышленной политики сама становится причиной возникновения социальных проблем». Так, новая модернизационная волна, связанная с реиндустриализацией, ведёт к увеличению производительности труда и, как следствие, высвобождению индустриальных работников.
Одним из путей разрешения противоречия между созданием новых рабочих мест и высвобождением работников из-за модернизации производств может стать изменение структуры занятости и развитие новых её типов. Совпадение новой индустриализации с постиндустриальными сдвигами позволяет использовать постиндустриальный тип занятости в индустриальном производстве: промышленные предприятия, не требующие большого количества работников, могут формироваться на основе отдельных инновационных технологий и разработок, или даже отдельных производственных функций. Таким образом, импульс к развитию получит мелкий и средний промышленный бизнес, могущий стать носителем таких ценностей, как свобода предпринимательства, частная инициатива, возможность добиться успеха за счёт собственных компетенций и др. Прежняя индустриальная модернизация, приведшая к становлению государственно-монополистического капитализма, а затем обернувшаяся деиндустриализацией, постепенно размывала социальную базу подобных ценностей. Однако реиндустриализация способна содействовать её укреплению, даже несмотря на возросшую роль государства как регулятора и контролёра экономических и социальных процессов.
Первоначальная публикация: Константин Смолий. Идеология реиндустриализации: социально-философский аспект / "Свободная мысль". – М. – Политиздат. – №1, 2014. – С. 201-204. http://svom.info/entry/433-reindustrializaciya-socialno-filosofskij-aspekt/