Одной из причин Первой Русской революции стало не только Кровавое воскресенье, а тщательно-избирательное финансирование японцами террористов, которых у нас принято называть революционерами. Конечно, это была одна из причин, по которой в 1905 году заполыхало по всей России и полыхало еще долго после того, как война с Японией была бездарно проиграна, а точнее прекращена как раз в тот момент, когда она полностью выдохлась.
Но сейчас речь пойдет не о Порт-Артуре и Цусиме, а о том, как революционеры не смогли успешно потратить японские деньги. История закончилась тем, что 8 сентября пароход «Джон Графтон» с грузом оружия для террористов или революционеров, как вам удобнее, сел в Финском заливе на мель и через некоторое время был взорван.
Деньги, на которые был куплен сам пароход и, что более важно – груз, который на нем находился, выделили японцы, проведя их через полковника Мотодзиро Акаси. Полученные денежки были потрачены в Лондоне, ведь там особенно любили Россию и поэтому помочь тем, кто разваливал соперника по Большой Игре, изнутри считали просто обязательным и очень важным.
Для того, чтобы все было шито-крыто, пароход покупает англичанин, мистер Уотт. Удивительно, но этот мистер Уотт был партнером японской компании Takada & Company. Но это, конечно, было совершенно случайно. Впрочем, покупка мистеру Уотту как-то удивительно сразу не понравилась и он быстро перепродал кораблик одному виноторговцу Дикенсону. Этот виноторговец может и не слишком успешно торговал ромом и прочей мадерой, но зато был казначеем партии эсеров, которые собственно и держали на ушах весь тогдашний российский МВД своими постоянными терактами и эксами.
По плану тех, кто закупил оружие, его собирались выгрузить в нескольких местах, чтобы полиция не накрыла крупный груз, а кроме того, чтобы досталось всем. Одним корабликом собирались окучить сразу финских националистов, а также боевиков из партии эсеров, большевиков и помочь сочувствующим из гапоновских кружков, а то у них мирные манифестации в январе 1905 года как-то не задались. По плану все это добро должно было использоваться для вооруженного восстания в Петербурге и Москве. В общей сложности на корабль погрузили 16 тысяч винтовок, 3 тысячи револьверов, а также 3 тонны взрывчатки.
Пароход перегнали из Лондона в Флиссинген, где на корабль погрузили новую команду, в которой в основном были латыши. Оружие перегрузили в Ла-Манше с другого корабля. В общем, все было шито-крыто, тихо и незаметно. Пароход благополучно доплыл до Копенгагена, потом зашел в Стокгольм и наконец, поплыл в Финляндию, разгружаться. Но тут случился облом.
Понятно, что разгружаться надо было в тихом месте, поэтому кораблик прятался по шхерам, где рано утром 8 сентября очень удачно для царского правительства сел на мель. Потом целый день оружие разгружали на находящиеся поблизости островки, а вечером корабль, который так и не сошел с мели, подорвали. Команда же села на парусную лодку и ушла в Швецию, а потом предпочла рассеяться по разным портам. Не повезло в тот раз революционерам – лоцмана хорошего у них не нашлось. Впрочем, Российская империя все равно двигалась к катастрофе. Уж больно рулевой у нее в тот момент оказался неудачный. К сожалению.