СОЛИПСИСТ. Всё-таки поразительно... Я вижу провода, вижу динамик, но не вижу ток, который течёт по всем этим приборам, беря начало в какой-то коробке, где хранится музыка, запечатлённая непонятными мне символами. И вот мы сидим, не понимая, как эти символы преобразуются в электромагнитные импульсы, а затем в звуковые волны, которые затем неведомым мне образом улавливаются мозгом и распознаются как прекрасная музыка. И хотя весь этот процесс от нас скрыт, мы сходимся на многих характеристиках музыки как таковой. Ведь это значит, что уж хотя бы кое-что мы слышим одинаково.
РЕАЛИСТ. Так мы же слушаем одну и ту же музыку! Как же мы можем слышать её по-разному?
СОЛИПСИСТ. Честно говоря, я не понимаю, что ты имеешь в виду под «музыкой». Что именно для нас одинаково? Безусловно, одинаковы ноты на партитуре композитора, но это тоже лишь символы, как и те, которыми зашифрована музыка. Мы можем их увидеть, но слышим мы не их. Мы слышим звуки, то, что не видимо и не может быть сравнено со всей однозначностью. Фактически, мы имеем дело лишь с нашими собственными впечатлениями и вынуждены допустить, что наши впечатления совпадают, и слышим мы одинаково.
РЕАЛИСТ. Так давай допустим это для простоты, в чём же проблема?
СОЛИПСИСТ. Проблема в том, что у нас нет никаких оснований для этого допущения. Да, таким основанием могло бы быть одинаковое строение органов слуха человека. Но единство физиологии ещё не гарантирует единства психических феноменов, ведь для подобной гарантии пришлось бы допустить полную детерминацию психического физиологическим, что само себе, мягко говоря, проблематично.
РЕАЛИСТ. Так, значит, мы не можем утверждать, что слышим одинаково, а значит, не можем утверждать, что слышим одно и то же?
СОЛИПСИСТ. Именно так. Это всего лишь наивная предпосылка обыденного сознания.
РЕАЛИСТ. Но эти поглощаемые нашими ушами звуковые волны проистекают из одного источника. Если допустить, что мы слышим не одно и то же, значит, эта первичная субстанция музыки, то есть источник всякого истечения, не обладает внутри себя устойчивой и строго конкретной сущностью. Это как если бы мы видели стену каждый своего цвета: тогда нельзя было бы сказать, что у стены есть какой-то конкретный цвет, ведь ни моё, ни твоё восприятие цвета нельзя признать за эталон.
СОЛИПСИСТ. Да, поэтому о цвете стены мы в таком случае вообще не можем ничего сказать и должны благоразумно уточнять, что говорим о своём восприятии цвета стены, а не о самом цвете стены. А с музыкой ситуация ещё сложнее, ведь в случае со стеной мы хотя бы сходимся на том, что именно является источником наших цветовых ощущений — стена. А вот что конкретно является таким источником у музыки, которую мы слушаем на электроприборах, лично мне не понятно.
РЕАЛИСТ. Тогда что же, по твоему мнению, мы имеем в виду, говоря о музыке?
СОЛИПСИСТ. По моему мнению, мы имеем в виду лишь сложные комплексы наших ощущений, порождённых воспринимающим сознанием. И, говоря о музыке, равно как и всех остальных предметах, мы говорим, на самом деле, лишь о представлении предметов в нашем сознании, а не о самих этих предметах.
РЕАЛИСТ. Но это значит, что мы живём не в мире вещей, а в мире наших представлений о вещах, а к самим вещам у нас нет возможности пробиться.
СОЛИПСИСТ. Да, вещи существуют сами по себе в каком-то своём мире, параллельном нашему. Я ведь не отрицаю существование вещей вне моего сознания, я только говорю о том, что для меня вещи существуют только как содержание моего сознания, а их объективное существование — лишь предпосылка, которую я должен принять, чтобы объяснить происхождение содержания моего сознания.
РЕАЛИСТ. А могут ли быть другие предпосылки, объясняющие происхождение содержания сознания каким-то иным способом?
СОЛИПСИСТ. Могут. Например, некоторые считают, что источником идей вещей в сознании является объективно существующий мир идей, "дублирующий" мир вещей. И идеи «спускаются» в сознание человека тогда, когда он смотрит на соответствующую вещь. А ещё можно предположить, что эти идеи существуют не сами по себе в некоем своём мире, а тоже существуют как содержание сознания, но только какой-то высшей по отношению к человеку сущности. Тогда они становятся чем-то вроде мыслей бога, и это бог берёт на себя ответственность за появление соответствующих мыслей в сознании человека.
РЕАЛИСТ. Ну, это уж слишком...
СОЛИПСИСТ. Согласен. Поэтому я не придерживаюсь такой позиции. С моей точки зрения, если уж бог и участвует в процессе познания, то как гарант того, что комплекс ощущений от восприятия какой-либо вещи более-менее менее одинаков при каждом акте восприятия этой вещи. Не во всём одинаков, конечно, потому что это только вещь сама по себе может быть всегда одинаковой, а не наши комплексы ощущений. Но, тем не менее, в общем и целом наш мир при каждом акте познания предстаёт чем-то устойчивым и единым, он не меняется каждое утро вплоть до неузнаваемости.
РЕАЛИСТ. Так, может быть, это и доказывает, что он действительно существует, причём по каким-то объективным и неизменным законам?
СОЛИПСИСТ. Для вас, наивных реалистов, это может быть так. Но я всё же склоняюсь к тому, что либо бог выступает гарантом неизменности мира, либо просто у человека есть какой-то механизм связывания отдельных ощущений в наивно называемую «миром» систему, и этот механизм априорен всякому отдельному акту познания. И так достигается более-менее устойчивое представление о мире не только у отдельного человека, но и у человечества в целом, позволяющее как-то взаимодействовать и создавать общности.
РЕАЛИСТ. По-моему, допущение бога в рамках рассуждений о познании вообще излишне. Может быть, как раз возможность создания социальной общности и совместной деятельности людей по отношению к каким-либо вещам и является основанием для признания их объективного существования? Обрати внимание, ведь именно деятельность по прослушиванию музыки привела нас к выявлению каких-то общих её характеристик! Так, может быть, именно практика, в центре которой стоит вещь, и позволяет пробиться к самой этой вещи? Трудно сомневаться в объективном существовании вещи, выступающей предметом твоей практической деятельности. И её объективные свойства таким образом легче выявляются. Ведь как бы мы, например, обнаружили свойства музыки, если бы не слушали её, а оставили в виде непонятных нам символов в недрах этой тёмной коробки?
СОЛИПСИСТ. Я так и знал, что твой наивный реализм приведёт тебя к этому вульгарному материализму, обожествляющему социальную практику. Нет, этого всего я признать не могу, не перестав быть собой. Поступай как хочешь, а я буду продолжать стоять на единственно твёрдом основании, которое мне известно — моём Я. Только оно для меня есть факт, в котором я не могу сомневаться, только содержание моего сознания есть для меня нечто безусловно существующее. А бытие всего этого мира вещей, и даже существование тебя самого, я готов принять только в качестве допущения, объясняющего происхождение содержимого моего сознания. И не более того!
РЕАЛИСТ. Тогда я, пожалуй, пойду.
СОЛИПСИСТ. Всего доброго!