В МИФе вышла забавная книга по истории кино — комикс Эдварда Росса «Как устроено кино». Любопытный формат изложения и быстрый способ погрузиться в историю кинематографа. Сделала небольшой обзор.
Не уверена что стоит читать, как первую книгу в этом плане, т.к. автор отсылает к фильмам, которые далеко не каждый мог смотреть, тот же «Метрополис» Фрица Ланга или «Альфавиль» Жана-Люка Годара. Хотя, может, как раз это станет стимулирующим фактором.
Глава «Глаз» — порадовало упоминание Дзиги Вертова, который давно и надолго проник в мое сердце. «Он утверждал, что кинокамера способна не только документировать реальность, но и приподнимать завесу на тайным миром, делая «невидимое — видимым», «неясное» — «ясным», «скрытое» — «явным», «замаскированное» — «открытым»». И хотя Вертов снимал документальное кино, да еще и пропагандистское, но я была очарована его экспериментальным подходом. Только вдумайтесь — расфокус, полиэкран, многократная экспозиция, замедленная съемка, обратная съемка — все это Дзига использовал в начале 20-го века. И даже скрытую камеру впервые начал практиковать именно Вертов.
Или, например, Росс показывает, как в 30-х годах в Голливуде режиссеры начали работать, над такой манерой съемки, чтобы зрителю казалось, что все происходит на их глазах, что они сами свидетели происходящего. Виртуозом «невидимого стиля» считается Альфред Хичкок, Росс приводит, в пример, его фильм «Окно во двор», что и говорить, настоящая «классика жанра».
В главе «Тело» Росс разбирает, как кинематограф формирует наши вкусы, усиливает или оспаривает стереотипы о физической привлекательности. Еще Маршал Маклюэн говорил, что кино, как горячее средство масс-медиа, способно овладевать зрительским восприятием и заставлять зрителя идентифицироваться с героями фильма, и даже с камерой. Поэтому с зарождения кинематографа роли злодеев играли расово «иные». И хотя сегодня в мировом кинематографе принят «мультикуртурный подход» к кастингу, тем не менее белые герои-мужчины доминируют на экране. А женщин по-прежнему изображают как «объект, зрелище и приз для героя».
В главе «Декорации и архитектура» Росс отмечает, как «форма зданий и природа вокруг влияет на наше восприятие пространства». В одних фильмах действие происходит в маленьких квартирках, а для других выстраивают киногорода. Вместе с автором мы прогуливаемся по декорациям, начиная с «Нетерпимости» Гриффита и заканчивая фантастическими пейзажами фильма «Начало».
В главе «Время» Росс рассказывает, как с помощью монтажа структурируется время. Рассказать историю вселенной за 15 минут, уместив 13 миллиардов лет эволюции, или наоборот синхронизировать развитие сюжета со временем просмотра. И если раньше длина сцены зависела от длины пленки, то сегодня можно снять весь фильм одним кадром. Яркий пример — «Русский ковчег», на протяжении полутора часов камера следует за человеком, идущим по Зимнему дворцу, а в это время появляются и исчезают исторические персонажи. Монтаж позволяет играть со временем, переносить из реальности в сновидения, из настоящего в прошлое или будущее, из воспоминаний в мечты.
Если вы смотрите только дублированные фильмы, то в главе «Язык и голос» вы узнаете, почему так важно смотреть кино в оригинале. Голос, речь, интонации — важный инструмент актера, и конечно же, даже самый талантливый дублер не воспроизведет голос Мерил Стрип или Энтони Хопкинса, Тильды Суинтон или Роберта де Ниро, Джулианны Мур или Леонардо ди Каприо.
В главе «Идеология и власть» Росс показывает, как даже безобидные семейные фильмы влияют на то, как «молодое поколение видит мир». В сказках «Диснея» главная цель почти всех женских персонажей — выйти замуж. В «Дамбо» и «Алладине» прослеживаются расистские взгляды. Кинематограф — идеальное средство идеалогического контроля. Начиная с фильмов «Стачка» и «Броненосец Потемкин» поддерживался коммунистический настрой в СССР. С помощью вестернов Голливуд мифологизировал роль белых мужчин-колонистов в американской истории. Гитлер использовал якобы документальные фильмы, чтобы дегуманизировать евреев и обвинении их во всех смертных грехах. Америка и Великобритания также использовали кино, чтобы «поднять боевой дух и вдохновить людей на борьбу против фашизма». Отдельное внимание автор уделяет цензуре и самоцензуре.
В последней главе Росс разбирает зависимость кино от технологий. Начиная с немого кинематографа и до цифрового, режиссеры использовали последние достижения науки и техники, экспериментировали и воплощали самые невообразимые идеи. «Когда человечество вошло в атомную эру, открылась дверь в новый мир, и никто не может предсказать, что мы там найдем». Такие фильмы, как «Годзилла», «Терминатор», «Звонок», «Химера» — «своего рода предупреждение против неконтролируемого научного и технического прогресса и напоминанием о ящике пандоры, который может быть открыт».
Книга читается быстро, на одном дыхании, зато после нее в блокноте куча пометок и фильмов, которые непременно хочется посмотреть или пересмотреть.