Утро за окном звенело, щебетало, врывалось в комнату, щекотало теплыми лучами солнца и слепило глаза. Егор сладко потянулся, прогоняя сон, вылез из-под одеяла, тихо оделся и выскользнул за дверь. Лагерь еще спал, территория была безлюдна и казалось, принадлежала в этот час только ему. Он пробежал по дорожкам в дальний угол лагеря, где за хозяйственными постройками в заборе находился лаз, от которого можно было спуститься к реке.
Детский лагерь расположился на пригорке под высокими раскидистыми соснами. В низине за ним протекала небольшая речка, на излучине которой, на песчаной косе желтел пляж, куда водили купаться ребят. Песок еще по-утреннему влажный и прохладный, к полудню обычно накалялся так, что обжигал ступни босых ног. Пройдя мимо, Егор отправился по вьющейся в пойме тропинке, густо заросшей по обочинам сочной травой, дальше вдоль реки. На берегу росли старые ветлы, со стволами неохватных размеров, опускающие свои тонкие длинные ветви к самой воде. На одной из них, там где на некоторой высоте от земли мощное дерево делилось на несколько толстых стволов, Егор обнаружил, во время одного из таких утренних путешествий, большое дупло. Мальчик натаскал в него травы, устлал ей дно, устроив себе уютный секретный домик на дереве. Там спрятан у него был карандаш и блокнот. Забравшись в дупло, спрятавшись от всех, любил он предаваться мечтам, рисовать далекие страны, невиданные, несуществующие пейзажи, всплывающие в его воображении в мечтах о путешествиях и приключениях. В этот раз сидел он, поджав колени, разглядывал внутреннюю структуру дерева, вдыхая запах старой древесины и грезились ему складчатые горы, склоны которых были усеяны огромными валунами, покрыты мхом и зарослями древних дубов, вязов и берез. Незаметно мальчик уснул, и приснилось ему, как поднимается он по крутой горе, скользя по каменным осыпям, цепляясь за выступы скалы, а вокруг могучие ели, пришедшие на смену оставшимся внизу широколиственным лесам, устремили свои верхушки высоко в небо. А с горы открывался вид на бескрайние безлюдные окрестности, изрезанные каньонами, на дне которых протекали стремительные реки, и на тысячи километром вокруг простиралась дикая, нетронутая природа. Вдруг сверху посыпались на него камни и, подняв голову, он увидел голову крупного бурого медведя. Шумно вдохнув воздух, медведь прыжками стал спускаться вниз к Егору. Внутри у мальчика все похолодело от страха, он покатился вниз по склону, спасаясь от хищника, сорвался с уступа, полетел вниз и проснулся. Обведя непонимающим взглядом все вокруг себя, он узнал свое уютное дупло, его окутало тепло солнечного летнего жаркого утра, он успокоился, выбрался из него и побежал обратно в лагерь, чтобы успеть к подъему.
Однажды, в геологоразведочной экспедиции на северном Урале инженер-геолог Егор Александрович поднимался по крутому склону горы. Места были глухие, непроходимые, продвигался он по медвежьей тропе, держа наготове заряженное ружье. За очередным поворотом вдруг вырос на его пути старый матерый самец бурого медведя, невероятных размеров. Несколько мгновений человек и зверь смотрели друг на друга, оценивая ситуацию. Медведь, глухо заревел, встал на дыбы и двинулся вперед. Егор Александрович вскинул ружье и почти не целясь, выстрелил под горло, надеясь, что пуля достигнет мозга, иначе медведя не остановить. Животное продолжало надвигаться, выставив вперед лапы с длинными острыми когтями и разинув пасть. С задержкой в доли секунды, сделав второй выстрел, ученый развернулся и бросился вниз, сзади на него обрушилась огромная туша, толкнув его вперед. Он полетел по склону, обдираясь об камни, беспомощно кувыркаясь, ударяясь об острые выступы скалы и потерял сознание.
Когда Егор Александрович пришел в себя, уже опускался вечер. Все тело невероятно болело, одна нога была неловко вывернута, сильно ныла и распухла, очевидно сломана. Оглянувшись, он увидел вверху распростертое неподвижное тело медведя. На следующий день условлено было, что его должен забрать на перевале вертолет. Нужно было пережить ночь. По мере того, как солнце садилось все ниже, и заволакивала все вокруг густеющая темнота, становилось холоднее. Тело начал бить озноб - спутник повышающейся температуры. С каждым часом состояние все ухудшалось, пока Егор Александрович не впал в забытье. И приснилось ему в лихорадочном бреду, что сидит он в теплом уютном дупле старой ветлы, глядящейся в темные воды маленькой речушки. Вокруг него чудесное летнее утро, поют на все лады птицы и солнечные лучи ласкают кожу. Его тело налилось горячим теплом, стало радостно и счастье беззаботного детства заискрилось внутри.
Проснулся он от тяжелого рокота винтов вертолета уже днем. Пилоты заметили его и медведя и предприняли спасательные меры. Через час вертолет уносил его на базу, а он улыбался, вспоминая, как согрело его одинокой страшной ночью то далекое утро в дупле.