Один из моих любимых жанров: экстремалы и путешественники делятся самыми жуткими моментами, которые им довелось пережить. На этот раз Владимир Алексеев рассказывает специально для журнала (и показывает на фото), как он попал под самое настоящее извержение вулкана Плоский Толбачик на Камчатке.
«Володя, хоть по щиколотку, хоть по пояс провались — уже не важно, температура там 700 градусов»
«Дело было в январе, во время извержения вулкана Плоский Толбачик. Мороз стоял лютый, –39 градусов. А я с группой петропавловских вулканологов отправился к самому кратеру: им нужно было посмотреть, что там происходит, я же хотел сделать фотографии. Вулкан в те дни постоянно выбрасывал пепел. Мы три дня ждали окна, перерыва в этом огненном дыхании. Дождались, вертолет высадил нас очень близко к кратеру, мы разбили лагерь и пошли на разведку. Идти было тяжело — в рассыпчатом вулканическом пепле ноги вязнут сильно и глубоко. Ну и в любой момент мог произойти выброс ядовитого газа, это тоже добавляло нервозности. Вдобавок стало потихоньку темнеть.
Мы дошли до кратера, вулканологи поглядели в него, а я сделал фото. В какой-то момент я еще оглянулся назад и увидел, что вулканический пепел, лежащий на нашем обратном пути, вовсе не такой уж и безобидный: в сумерках было отчетливо видно, что он перемешан с раскаленными кусками магмы. Впервые за этот поход мне стало страшно.
И тут еще я увидел, что мой рюкзак, который я поставил в сторонке, начал дымиться! Магмы под ним не было, но из-за высокой температуры он уже начал плавится.
Оплавились, кстати, и подошвы моих ботинок, а со штатива сползла вся пластмасса до самого металла. Идти можно было только по застывшей пористой корочке лавы, а сквозь ее трещины было видно, как там, сантиметрах в пяти от поверхности, булькает раскаленная светящаяся жижа. Очень страшно! Ради интереса я спросил одного из вулканологов, что будет, если туда провалиться на пару секунд, скажем, по щиколотку. Он ответил мрачно: «Володя, хоть по щиколотку, хоть по пояс — это уже неважно, температура там больше 700 градусов».
«Я придумал прыгать с ноги на ногу, чтобы подошвы не расплавились»
Мы подошли к вулкану с другой стороны кратера (это как раз то фото, где я стою в компании двух человек на фоне извержения). Вулканологам нужно было что-то еще там поглядеть, я же снова очень увлекся зрелищем и, конечно, процессом съемки. Чтобы обувь вконец не расплавилась и я не остался босиком среди этого ада, я придумал упражнение — прыгать с ноги на ногу, так можно было хоть как-то сохранить подошвы.
Я увлекся съемкой и не заметил, что взрывы и выбросы из кратера стали происходить все чаще. Сначала они были раз в три минуты, а теперь — где-то раз в десять секунд. И еще ускорялись! И если вулканические бомбы (камни, которые иной раз достигают размера автомобиля) раньше не долетали до меня, то теперь не просто долетали, а даже перелетали. Тут мне снова стало очень страшно. Особенно когда я оглянулся и понял, что потерялся в этом дыму: вулканологи, как оказалось позже, уже все пошли назад в лагерь. Я сделал последний кадр, и побежал что есть сил в полной темноте, а со всех сторон меня окружали сияющие озера лавы, острые засохшие куски магмы, перетекающие реки, горы пепла — просто Мордор какой-то. Я толком не знал, куда надо бежать, но решил, что уж точно подальше от кратера. Бежал и все это время краем глаза видел, как рядом со мной падают вулканические бомбы — незабываемые ощущения. И я совсем не был уверен, что доберусь куда-то целым и невредимым, но в итоге через полтора часа оказался-таки в лагере. Ошарашенный, но живой и здоровый… А потом была лютая ночь в палатке при невероятных морозах под –40. И все время где-то поблизости что-то взрывалось и бахало — извергался Толбачик».
Специально для Men's Health Russia.
Zorkinadventures. Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить свежие публикации!