Что ещё изменилось? Бар, это ведь только начало — мы прикончим-таки друг дружку. Как удобно станет воевать! Государства, экономики, военные союзы. Я боюсь, что в спешке, в азарте объединения наломаем мы дров, и останется нас ещё меньше, если вообще останемся. Второй Горгоны мы можем просто не пережить. Останется планета манекенов. Да что я говорю: это всё равно что планета деревьев, камней, облаков, да вообще никого, никого планета, просто — планета. Вы скажете: дурак — о чём думает. Дурак, но думающий. Скажете: думающий дурак — это ещё хуже. Наверное, самый выигрышный вариант — это не думающий не дурак. Андрюша, вон, рад, у него голова кружится уже, как винт у вертолёта. Ему кажется, что жизнь возрождается. К сожалению, я с ним не согласен. Я не поддакиваю ему и не отговариваю — просто помалкиваю, впрочем, как и всегда. Но он это почувствовал, последний месяц совсем не заходит. Я пришёл к «Африке» вторым, в 14:10. Я ещё не видел «Африку», поэтому с любопытством оглядел здание. Здание