Выдался солнечный, морозный, ноябрьский денёк. Снега ещё не было, лишь слегка припорошило землю, но ощущение приближаемой зимы уже было в полной мере. Настроение было охотничье и мы с Николаем и тремя собаками двинулись на чернотропную охоту на зайца. Гончаки Дашка и Лора усердно прочёсывали тальники и прибрежный камыш, мы же с Николаем в сопровождении таксы Жули шли вдоль тальника в надежде нагона на нас зайца, но недавние оттепели, дожди видимо подмочили зверя и он теперь отлёживался где-нибудь в тёплых лежаках и не хотел выскакивать из своих убежищ. Дашка и Лора шли тихо, не подавая голоса, значит, зверя нет. Жуля, медленно семенила, рядом со мной на своих коротеньких ножках, иногда останавливалась, нюхая воздух. Азарт охоты её не покидал. Но зверь сидел плотно и не показывал носа из своих убежищ. Вдруг воздух разорвал пронзительный, долгожданный, пискливый лай Дашки и у неё из под ног выскочил косой и пустился на утёк. Мы вскинули ружья, но стрелять было далеко, да и заяц пошёл на не на нас.
- Пока Дашка на него не наступила, он не покидал лежки- Сказал Николай, смотря в даль убегающему зайцу. А на пере рез убегающему зайцу с неимоверной скоростью, как маленькая коричневая стрела, неслась Жуля. Рассчитав траекторию пути зайца каким-то своим чутьём Жуля перерезала дорогу зайцу и схватив его на ходу одним рывком своих мощных челюстей прекратила его существование.
- Вот это да- вскрикнул Николай – Сколько я живу на этом свете, сколько видывал разного, но не когда не видел, чтобы такса используя свой звериный угол атаки догнала косого на своих маленьких, коротеньких лапках.
Такса во время бега использует своё длинное, гибкое тело и бежит за счёт своего позвоночника. Я доже читал в книге про охоту с таксами, что она вторая после борзой по скорости. А челюсти у неё, достаточно посмотреть на кости которые она перемалывает во время своей трапезы.