Записки охотника, история

- Давно ли ваш скит существует отец Афанасий? - поинтересовался при разговоре Михаил, старого, по всему видно доброго по натуре человека и очень мудрого. - Давно сынок, еще в середине восемнадцатого века наши предки сюда ушли. От царя ушли, что-то с ним не поладили. Да старики, наши предки не любили об этом говорить. Здесь наш дом, здесь рождаемся, здесь умираем, и мирская жизнь нам чужда. Мы хоть и оторваны от цивилизации, но книг много читаем. Где берем? Молодые парни ходят к людям, шкурки сдают, на товары меняют...

В тайгу пришла оттепель и плотный туман, как разлитое молоко расположился на ветвях деревьев, кустарнике, траве. В свежем, таёжном воздухе запахло сладким ароматом зеленой хвои, смолянистой корой деревьев и еще чем то волшебном, приятным и не объяснимым. Тайга дышала влажным ароматом тумана, наполняя свои зеленые легкие сказочными ароматами природы. - Меня Афанасием зовите, я староста здешний с божьей помощью, - начал разговор старейшина, разглаживая длинную, седую бороду, иногда крестясь. Старик...

- Интересно, люди уходят в тайгу от произвола, от жизни, которая становится не выносимой, а в большом случае от людей, которые ведут себя иногда хуже животных. В тайге они срастаются с природой, находят общий язык со зверями и выживают в суровых таежных условиях. И по большому счету они счастливые люди и попробуй предложи им современное общество, которое погрязло в деньгах, воровстве, лжи, алчности - рассуждал вслух Михаил. Сергей шел с зади и молча слушал напарника. Михаил для Сергея был больше чем напарником, и даже больше чем братом...

Погода выдалась в тайге теплая, ветра совсем не было, мороз не сильный, а иней слетал с деревьев, срываемый какой-то не ведомой силой и падал в низ искрясь в солнечных лучах. Спокойствие и умиротворенность леса всегда радовали душу Михаила, но поправив шапку сказал Сергею: - Ночью по всем приметам будет буран, а то и похуже. - Че кости ломает как у Бати? - Да нет, кости не ломает, по приметам. Больно тихо в тайге, а перед бурей всегда такая тишина. Иваном представился хозяин охотничьей заимки...

Это место в горах называли пещерами потому, что когда-то в этой местности в царские времена велись горно проходческие разработки и активным образом шла добыча полезных ископаемых, а конкретно золота, серебра, свинца и еще чего-то. Гора была изрыта на сотни, уходящими во внутрь проходческими тоннелями. Тоннели сохранили почти свой первозданный вид за такое огромное прошедшее время потому, что были вырублены в горном массиве. Всюду были навалены кучи белого кварца засыпанного снегом. Тайга покрыла горы своей растительностью и только отдельные скалы выступали наружу...

- Опять мы с тобой несем службу в дозоре мой верный друг. Ты давай не спи, а слушай, ведь твой слух в десять раз острей моего, - разговаривал Сергей с Верным, лежавшим в окопчике возле ног и иногда открывал заспанные глаза, прислушивался в ночную тьму. Сергей вглядывался в бинокль, пытаясь в ночи разглядеть вражеские позиции. Враг никакой активности не проявлял, все было тихо. - Тихо то как, как будто и войны то нет, - думал про себя Сергей. - Вот бы так всегда было. Вот бы скорее закончилась эта проклятая война...

Добежав до воронки от недавно разорвавшегося снаряда, возле которой без движений лежала собака, Сергей быстро втащил ее на дно. Отстегнул ремни крепившие мину и начал быстро бинтовать рваную рану на ноге пса. Ран было много и бинтов не хватало, тогда солдат принялся отрывать полосы от рубахи. Тело собаки дрожало, глаза безучастно смотрели в серое небо и не моргали. Иногда собачка поскуливала от боли, но терпела. - Терпи, терпи герой, поправишься, - с волнением шептал солдат. Взяв на руки собаку Сергей быстро побежал к своим окопам...

Глубокая осень. Земля подернулась морозами и слегка припорошилась снегом. Небо затягивало серыми снеговыми тучами. Мелкие снежинки падали на руки сжимающие винтовку и тут-же таяли от тепла. В ожидании боя в окопах стояла мертвая, напряженная тишина, только грязь, незамёрзшая изредка злобно чавкала под солдатскими сапогами. Ветер внезапно срывался и закручивал свой вальс со снежинками, унося их за земляные валы окопов. Сердце, в ожидании боя билось очень часто. Вдруг тишину серой мглы прервал гулкий шум моторов и на холме ровной цепью появились танки противника...

Погода с утра выдалась прекрасная, не большой морозец раскидал по ветвям деревьев белые гирлянды замерзшего инея, он искрился под лучами солнца, и больно резал по глазам. Как будто какой-то сказочный художник разукрасил лес в красивые пейзажи. Свежий снег, белым покрывалом лежал в лесу. Снегоходы легко скользили по мягкому, зимнему покрову. Парни ехали медленно, огибая стволы деревьев и кустарник. Лес оборвался и парни выехали на большую, как-бы поляну, где не было деревьев. - Болото Мих, - остановив снегоход крикнул Сергей, - Надо огибать его...

Февраль пришел снежный, но теплый. С утра сыпал крупный пушистый снег, а к вечеру разыгралась метель. Ветер таскал снежные хлопья и бросал их в чащу леса. Темная мгла затянула небо и видимость ухудшилась вовсе. Круговерти создаваемые на полянах говорили о том, что человеку в тайге в такую погоду делать нечего. Ночью ветер исполнил симфонический концерт, играл так, что печная труба свистела и стонала. Старик всю ночь кряхтел и переворачивался с боку на спину, и обратно, не мог никак уснуть. Всё кутался и кутался в теплое, ватное одеяло...

Очень редко встретишь в тайге таинственного и очень коварного зверя, с которым не справляется порой даже волк или медведь. Зверь, который во многом, как и волк чистит лес от падали и является санитаром леса, но во многом, как идеальный хищник и убийца, наносит много урона природе. Это росомаха. Она с легкостью может убить оленя, перегрызя ей сухожилия своими острыми как бритва зубами, разорить любое птичье гнездо и уничтожить кладку яиц или птенцов. Соседство с охотничьими угодьями тоже не сулит охотнику ничего хорошего...

Сергей сидел за столом и пристально смотрел на горку прозрачных камней, высыпанных на середину стола, которые поблескивали холодным светом от тускло горящей свечи, стоящий тут-же на столе. Он бережно брал двумя пальцами один из камушков и долго рассматривал его в свете огонька. Долго молчал, а потом оборвал тишину. - Мих, а ты как думаешь, сколько будет стоить эта кучка камней? Михаил долго молчал, протирая карабин ветошью. Потом отставил его в сторону и задумчиво вымолвил: - Много Серег, мне даже страшно представить, сколько это будет стоить...