Как бы старательно я не рылся в корнях своего генеалогического дерева, мне не удастся отыскать ни графа, ни князя, ни даже какого-нибудь завалящего шевалье. И не удивительно – среди моих предков все сплошь рабоче-крестьянского происхождения, ну, в крайнем случае, служащие. И, тем не менее, я считаю себя и своих сверстников, которые выросли со мной в одном дворе, самыми что ни есть дворянами.
Наш двор не был "собранием лиц, окружающих монарха и монархиню как в их домашней жизни, так и в торжественных случаях". Не был он и "территорией проживания крестьянской семьи". Нашему двору отчасти подходит первое из трех толкований, предложенных энциклопедическим словарем Брокгауза и Ефрона: "пространство земли, принадлежащее к дому и вообще к жилым и хозяйственным помещениям". Наш двор не был похож ша двор-колодец, окруженный домами, вплотную примыкающими друг к другу. Не был он и окруженным оградой – наш дом был территорией свободы. Наоборот, дома, между которыми были проходы шириной в пару метров, примыкали к нашему двору.
Дома были добротной дореволюционной постройки, из крепчайшего красного кирпича, с высочайшими потолками и с крыльцом (почему-то жильцы называли такое крыльцо балконом) на фасадной стороне. Если позволял рельеф местности, то дома имели еще и цокольный (полуподвальный) этаж. Судя по всему, до революции в этих домах жили купцы, врачи и другие довольно состоятельные горожане. Полуподвальные помещения и помещения с входом с "черной" стороны дома предназначались для дворников, кухарок, горничных и других представителей обслуживающего персонала. После революции вместе с военным коммунизмом в эти престижные дома пришли Шариковы и Швондеры, которые "уплотнили" прежних владельцев, оставив им по 1-2 комнатушки. Освободившиеся после уплотнения комнаты были разделены перегородками между Шариковыми, Швондерами и их соратниками. Именно так и зародились коммунальные квартиры.
Эти квартиры не стали собственностью Шариковых и Швондеров. Эти благодетели отнимали квартиры у богатых не для себя, а заботясь о бездомном народе. Квартиры стали всенародной (коммунальной) собственностью, а Шариковы и Швондеры взяли на себя труд по распределению этого коммунального жилого фонда между нуждающимися в жилье. Правда, и о себе они не забывали – очень скоро они переселились в более благоустроенные и более просторные квартиры, как этого и требовал их статус слуг народа. Зато хозяева страны благодаря стараниям этих слуг были обеспечены крышей над головой из расчета 1-2 комнаты на семью из четырех – пяти человек. Без кухни и туалета, а о ванной и говорить не приходилось… Честно и по справедливости. Кстати, в этом году исполнилось 100 лет от прихода военного коммунизма. Неужели так ничего и не поменялось?
Отсутствие ванных не сделало нас немытыми – можно было ополоснуться в тазике, а можно было и в баню сходить. Так вот вам задачка о бане и справедливости:
Три друга решили истопить баньку. У Тимофея было 3 полена дров, у Петра – 5 поленьев, а у Бориса дров не было, и он дал Тимофею и Петру 8 рублей, как компенсацию затраченного на него тепла от сожженных 8 поленьев. Как Петр и Тимофей должны разделить эти 8 рублей, чтоб получилось честно и по справедливости?
Правильный ответ я расскажу в одной из следующих публикаций.
