Нельзя сказать, что моцартианством в «Геликоне» когда-нибудь всерьез болели, но кое-что тут за три десятилетия истории театра периодически ставилось. Из больших опер — «Свадьба Фигаро» и «Похищение из сераля», из малых — «Мнимая садовница» и «Аполлон и Гиацинт». А в 2004-м для фестиваля в Мериде Дмитрий Бертман поставил раритетное «Милосердие Тита» (постановка, к сожалению, в Москве игралась лишь однажды — в Концертном зале Чайковского по случаю 250-летия композитора в 2006-м).
С одной стороны, выбор «Волшебной флейты» для «Геликона» естествен: в опере очень силен мотив уличного, балаганного театра, что для коллектива, любящего капустники и виртуозно с ними справляющегося, просто находка. С другой — это очень обязывающая вещь. Она многослойна, и развлекательная комедийность — лишь одна из ее граней. Сложна музыкально, а некоторые вокальные номера сродни цирковым. Совмещает пение и разговорные диалоги, что для оперных певцов всегда немалая проблема по объективным причинам. Наконец, она невероятно популярна, знавала тысячи прочтений, и удивить здесь кого-то чем-то новым по-настоящему трудно. И тем не менее «Геликону» это удалось.
Театр не стал лукавить и делать то, что ему не по нутру и не в его духе. В «Геликоне» не мудрствуют лукаво, не городят концепции и не вытаскивают из сложносочиненного моцартовского ребуса все его философские, этические, психологические и мистические подтексты. Ограничились тем, что умеют хорошо делать, — ярким шоу, полным эксцентрики и бодрых приколов. Получилось не глубоко, но выразительно и свежо, при этом сумели обойтись без пережима и глупости, без пошлости и дурновкусия.
При всех визуальных наворотах спектакль вовсе не пустой, в нем говорится о любви и романтике. Находят друг друга мужественные и решительные Тамино и Памина; обретают свои половинки нелепые забавные люди-птицы Папагено и Папагена. Самое интересное, что в геликоновской версии есть и третья пара — Зарастро и Царица ночи сговорились устроить весь этот веселый кипиш лишь для того, чтобы передать власть над роботами и надувными игрушками молодым принцу и принцессе, а самим в финале спешно ретироваться — с чемоданом они улепетывают, видимо, куда-то на заслуженный отдых, на острова или Ривьеру.
Хор и оркестр под управлением главного дирижера Валерия Кирьянова создают необходимую раму для солистов. Над пресловутой моцартовской воздушностью и точностью еще можно поработать, зато верный звуковой баланс между сценой и ямой уже найден. А в оперном театре, это, пожалуй, одна из главных добродетелей.
27 ноября 2018 г., "Культура"