И нужны ли они?
Нужны ли еще кому-то теории управления? Есть ли еще о чем говорить? Этими вопросами задается редактор Harvard Business Review Эми Бернстейн.
По-настоящему новых идей в мире мало. Самые убедительные управленческие открытия по большей части уже сделаны, будь то идеи Фредерика Тейлора о «продуктивности» или пять сил конкуренции Майкла Портера, которые определяют стратегию бизнеса. Но при этом производство докладов, блогов, книг и заметок о менеджменте и лидерстве сейчас на пике. Я виню в этом популярность «идейного лидерства» как инструмента корпоративного и личного брендинга; вся эта деятельность производит больше шума, чем мысли.
Но если многие идеи и вечны, то контекст, в котором они реализуются, меняется. Конкуренция меняет бизнес с потрясающей скоростью и весьма драматично. Как управлять в мире, который становится все сложнее и сложнее? Поэтому понятно, что запрос на советы по управлению бизнесом все время растет. Людям нужны проверенные идеи от реальных экспертов. В конце концов, управленческие теории, если они действительно умные, помогают найти порядок в хаосе, получше разглядеть будущее и направить силы людей в одну сторону, чтобы добиться замечательных успехов.
Поэтому я считаю, что ответ на поставленный вопрос — что нового в менеджменте? — состоит скорее в практическом применении идеи, чем в самой идее. Самые глубокие теоретики не согласятся выдать гениальную мысль и затем законсервировать ее навечно. Они стараются найти применение своим идеям в новом контексте. К примеру, уже многие люди повторяют, что «интернет вещей» «изменит все», перечертит границы отраслей, приведет к перестройке отношений фирм и акционеров. Но Майкл Портер показал, что его теория конкуренции отлично применима к этому контексту и высвечивает новую динамику рынка. Его советы помогут многим лидерам избежать дорогих и даже смертельно опасных ошибок.
Но это не значит, что эти умные теории не нуждаются в поправках. Я много думаю о Клейтоне Кристенсене и его теории подрывных инноваций. В последний год критики обрушились на его логику и на его данные. Но они упускают из виду, что Клейтон сам постоянно ищет слабости в своем подходе и уже несколько раз обновил его с тех пор, как впервые представил миру двадцать лет назад. Я бывала на его семинарах, и он всегда просит, чтобы с ним поспорили. Теория не отлита в граните: она жива и претерпевает постоянные улучшения. Именно поэтому она по-прежнему весьма полезна для предпринимателей, которые хотят изменить какую-нибудь отрасль, и для руководителей уже состоявшихся бизнесов, которые пытаются опознать будущие угрозы и найти противоядие от них. Так что теория Клея сегодня еще ценнее, чем раньше.
Также стоит вспомнить, что мир постоянно производит новых менеджеров и лидеров, для которых классические теории менеджмента станут откровениями. Я недавно столкнулась с этим, когда ездила в Пекин. Я спрашивала у предпринимателей и ученых, существует ли особый китайский подход к менеджменту. Но никого из них эти вопросы не интересовали. Нет, они хотели говорить об инновациях, масштабировании бизнеса, о том, как процветать в долгосрочной перспективе. Я видела в них реальную жажду — познать мир, понять, как он устроен, как он меняется, как управлять в эпоху неопределенности. Так что теории менеджмента по-прежнему важны. И очень даже.