Мне хотелось бы, чтобы ты был всегда. Чтобы можно было класть тебе руки на плечи, дышать в яремную ямку. звонить ночью, если ты не приехал. Не больше. Не близко. Так только, чтоб однажды утром, уткнувшись губами тебе в ключицы, Не испугаться, что граница уже за спиной, что слишком… Мне хотелось бы уметь дышать с тобой одним воздухом, видеть одно небо, считать одни часы, гладить одних кошек – из твоей руки в мою – и обратно. Мне хотелось бы быть вокруг тебя, негромко, Как бывают птицы, и тени от облаков, и дождь, сбивающий на землю цветы сирени. Только вот как: лето сменяет весну, ночь рождает день, вода впитывается в землю. И однажды, когда я умру, ты даже не вспомнишь. Что знал меня здесь.
Мне хотелось бы, чтобы ты был всегда.
Чтобы можно было класть тебе руки на плечи, дышать в яремную ямку.
звонить ночью, если ты не приехал.
Не больше.
Не близко.
Так только, чтоб однажды утром, уткнувшись губами тебе в ключицы,
Не испугаться, что граница уже за спиной, что слишком…
Мне хотелось бы уметь дышать с тобой одним воздухом, видеть одно небо, считать одни часы, гладить одних кошек – из твоей руки в мою – и обратно.
Мне хотелось бы быть вокруг тебя, негромко,
Как бывают птицы, и тени от облаков, и дождь, сбивающий на землю цветы сирени.
Только вот как: лето сменяет весну, ночь рождает день, вода впитывается в землю.
И однажды, когда я умру, ты даже не вспомнишь.
Что знал меня здесь.
