В 1936 году в Испании вспыхнул фашистский мятеж — началась гражданская война.
Положение под Мадридом становилось тяжелым, если не критическим. Мятежники наступали, бросая в бой войска, авиацию, артиллерию, танки, которые слали им Гитлер и Муссолини. Вовсю действовала так называемая «пятая колонна» — вражеские разведчики, диверсанты, провокаторы.
Мадрид готовился к решающим сражениям. На его окраинах появились окопы и траншеи, проволочные заграждения, в самом городе возводились баррикады.
Компартия Испании призвала народ: «Мадрид не сдавать!»
Пулеметные расчеты, с которыми прибыл в Мадрид капитан Павлито (Александр Родимцев), передали под начало коммуниста капитана Овиедо, прошедшего школу боев в 5-м коммунистическом полку. Сам же Павлито отправился прямо на передовую вместе с переводчиком-добровольцем поляком Мишей и проводником. Машину пришлось оставить, хотя до траншей было около километра: сверху сыпались бомбы, рвались снаряды. Ползли, вжимаясь в каменистую землю, раздирая в кровь локти и колени. Однако до штаба подразделения добраться не удалось: началась ожесточенная перестрелка. Павлито и проводник бросились в окопы.
— А где Миша? — спросил Павлито, едва переводя дыхание.
Проводник лишь взмахнул рукой — туда, откуда они только что приползли. Потом они узнали, что Мишу ранило.
Павлито увидел пулеметчика, державшего руки на гашетке «максима», подобрался к нему.
— Салюд, камарадо!
— Салюд, — ответил тот, не поворачивая головы.
На позиции республиканцев наступали мятежники. Они шли, словно на параде, — в открытую, под барабанную дробь, с винтовками наперевес; в руках у офицеров сверкали обнаженные клинки. Расстояние сокращалось с каждой минутой. Четыреста метров... Триста...
Кто-то не выдержал, крикнул:
— Педро, стреляй!
Пулеметчик, на висках которого поблескивали бисеринки пота, выждал еще немного и нажал на гашетку.
Когда атака противника была отбита, Павлито сказал пулеметчику:
— Молодец!
И только теперь тот повернул голову.
— Павлито? — удивленно произнес он. — Вива, Павлито! — радостно воскликнул Педро.
Это был один из первых курсантов-пулеметчиков, которых обучал Павлито в Альбасете.
В тот день мятежники предприняли еще несколько атак. Порой было так жарко, что и Павлито приходилось браться за винтовку.
Как-то, во время очередной атаки франкистов, один из пулеметов замолчал: что-то случилось. Павлито бросился на помощь. Оказалось, что незадачливый подносчик патронов уронил на пулемет ящик.
Пулеметчик был зол, как дьявол:
— Тебя бы этим ящиком!
Павлито осмотрел пулемет. Ясно: утыкание патрона в патронник. Резко ударил ладонью по рукоятке, и перекоса как не бывало.
— Стреляй! — бросил он пулеметчику.
Но тот с сомнением покачал головой.
Павлито лег за пулемет и нажал на гашетку. «Максим» ожил, заговорил.
— Вива, камарадо Руссия! — закричали бойцы.
«Камарадо Руссия» действовал так уверенно и умело, словно прошел не одно сражение, не один фронт. Никто не знал из интербригадовцев, даже не мог предполагать, что эти бои под Мадридом явились для него испытанием собственных знаний, его боевым крещением.
Республиканцы делали все, чтобы сдержать натиск вражеских сил, однако мятежникам все же удалось прорваться к стенам Мадрида. На наиболее тяжелый — юго-западный — участок были брошены самые боеспособные части. Они остановили, а затем и потеснили врага на несколько километров.
Понравилась статья? Поставь лайк, поделись в соцсетях и подпишись на канал!
