— Ничего так — сказал я своему отражению — может сегодня из тебя и будет толк. Когда на улице творится невообразимое, а одеяло и подушка, за ночь практически срастаются с телом — так что даже лезвие не просунешь — бывает очень трудно поутру вылепить из себя человека. Но я сильный, я справлюсь. Не даром же, в начальных классах, я каждый день ходил пешком пять километров до школы. Один. По трассе. Почему-то кажется, что каждый день и что всегда зимой.
Идёшь один, в темноте, по заснеженной трассе, с рюкзаком полным отваги. Сейчас бы конечно не пошел, хотя рюкзак побольше и выгляжу в темноте теперь более устрашающе, наверное.
Встать с постели утром — самая сложная и абсолютно негуманная часть дня. Глаза откроешь, посмотришь красивые картинки в телефоне — вот интерьер чудесный, а вот горы, а вот мужик на дельтаплане летает с утками. А у тебя на улице ветер и грязь — легко любить осень, когда она золотая, а ты попробуй, когда она такая мразь.
А я все равно люблю. Хоть переодически и думаю о том, сколько ещё этих мерзких капель должно упасть, чтобы она успокоилась и что лучше бы уже всё льдом наконец покрылось. Никто не заслуживает столько пасмурных дней.
Никто, кроме таксиста, который якобы приехал, а ты потом стоишь и целую вечность ждёшь его под дождем, как в плохом кино. И он потом возможно окажется отличным парнем, но это уже будет неважно, потому что отличные парни тоже иногда бывают мудаками, пусть даже не осознанно.