Испорченная репутация российского государства лишает отечественные компании последних козырей в конкурентной борьбе.
На минувшей неделе, как обратил внимание московский коллега Владимир Дзагуто, жертвой нового аргумента в информационных бизнес-войнах под названием «русские идут» стала компания «ФосАгро». Его использовали конкуренты крупнейшего российского производителя удобрений в ответ на задействованную им экологическую тематику. И, оказалось, что сегодня в глазах «мировой общественности» политика вполне может перешибить экологию.
Пример тому в своей публикации продемонстрировала авторитетная The New York Times. Поводом для статьи стало обсуждение в Европарламенте единого для ЕС норматива по содержанию кадмия в удобрениях.
Кадмий - элемент двенадцатой группы пятого периода периодической системы химических элементов Д. И. Менделеева, с атомным номером 48. Обозначается символом Cd (лат. Cadmium). Простое вещество кадмий при нормальных условиях — мягкий ковкий тягучий переходный металл серебристо-белого цвета. В Википедии про кадмий написано много чего. Но Европарламент заинтересовал всего один факт, прописанный в энциклопедии короткой строчкой: «Кадмий и его соединения ядовиты».
В этом смысле «ФосАгро» повезло – в её месторождениях на Кольском полуострове кадмия почти нет. А вот в аналогичном продукте у марокканских конкурентов его полным-полно. И ужесточение регулирования грозит им естественной потерей рынка или расходами на очистку удобрений.
Несколько лет назад «ФосАгро» решила использовать «фактор кадмия» в своих целях и обратила на него внимание экологов из Safer Phosphates, лоббировавших ограничение кадмия. Ничего нового в смычке бизнеса с экологами там, где это выгодно обеим сторонам, нет: так делают все подряд, но не все из них из России.
А именно то, что экологическая инициатива идёт из России и привлекло внимание The NewYork Times и её автора Мэтта Апуззо, который размахнулся и в довольно пространной публикации написал почти всё, что уже известно западному обывателю про нашу страну: он смог прочитать про Kremlin, Khodorkovsky, «отравление бывшего российского шпиона на британской земле», про близость акционера «Фосагро» Владимира Литвиненко к Владимиру Путину и канал RussiaToday. И про газопровод «Северный поток-2», который «российские спецслужбы могут использовать для ведения слежки» — но это в финале, для закрепления пройденного.
Закономерный итоговый вывод NYT в том, что, «по сути, Safer Phosphates — это «Фосагро». Который подтверждается цитатой российского специалиста Германского совета по международным отношениям в Берлине Штефана Майстера: «Это то, что создала Россия. Не каждая российская компания- длинная рука Кремля, но подозрение есть в отношении почти каждой компании. Россияне сделали всё, чтобы создать недоверие к своему бизнесу».
Всегда самым лёгким делом было списывать все проблемы на теорию заговора. Долгое время такой подход был почти исключительно отечественным политико-экономическим ноу-хау. Оказывается, теперь это стало ещё и мейнстримом…