В общем представлении, танковый блицкриг, который катком прошелся по советской границе, был слажен и четок в своем действии, немецкие генералы и танкисты действовали как слаженный механизм, при этом всегда было четкое взаимодействие между пехотой и авиацией. А уж про состояние немецкого танкового парка и говорить не надо, но так ли это все было на самом деле?
Еще в начале Польской компании, всего у немцев было 3190 танков, из которых 1145 это были морально устаревшие модели Т-1, а еще 1223 не долго от них ушедшие Т-2, и лишь 98 Т-3 и 211 Т-4. То есть, немцам приходилось опираться не на броню или же огневую мощь своих танков, а маневренность и скорость тактики блицкрига, чтобы бить по польским войскам там, где они совершенно того не ожидают.
До сих пор исследователи спорят, сколько же у немцев было танков перед началом Советской компании, но если сказать грубо, то их численность, учитывая также танковый парк союзников Третьего Рейха, примерно 5000 машин. К этому моменту немцы практически избавились от танков Т-1, но вот Т-2 использовали достаточно активно, для примера возьмем 1-ю танковую дивизию: в ней было 11 танков Т-11, еще 43 танка Т-2, 71 танк Т-3, 20 танков Т-4, 11 танков которые принадлежали командирам, всего 156 машин. Потенциал даже современных по тем меркам Т-3 и Т-4 значительно уступал КВ-1 и Т-34, но мы сейчас не об этом. То есть, в сущности, можно сказать, что немцам банально везло, как бы это странно не звучало, военная фортуна всецело находилась на их стороне. Учитывая, конечно, негативные факторы, которыми была поражена Красная армия.
Также, надо понимать, что и немецкие генералы действовали по наитию и собственной интуиции, это подтверждается в воспоминаниях и Франца Гальдера, и Германа Гота с Гейнцом Гудерианом. То есть, это была в некотором смысле авантюра, на которую пошел Гитлер, и потянул за ней свою армию. Немецкие танкисты с одной стороны не понимали, куда они встряли, а с другой стороны, уже с первых боев должны были почувствовать характер новой войны.
В среде танковых генералов были разногласия, главным инициатором был слишком уверенный в своих силах Гейнц Гудериан, позже он своих мемуарах приписывал еще некоторое противодействие Герману Готу, против их начальника Ганса фон Клюге. В действительности, Клюге как и многие другие генералы Первой мировой боялись стремительности блицкрига, так что уже в начале войны, в среде немецких генералов, исполнителей блицкрига были разногласия, которые также повлияли на исход боевых действий, особенно когда входе интриг, убирали наиболее талантливых генералов, вроде того же Гудериана.
Военная удача первое время закрывала на все это глаза, но потом отвернулась от командования Третьего Рейха, и когда война перешла к затяжному характеру, уже тогда все было конечно.