Галион живёт в небольшом особняке, вблизи городской стены и в достаточном удалении от деревень, окружающих Столицу. Утром просыпаясь от пения птиц, вместо истошных завываний петуха или воплей лоточников, я даже рад такому повороту событий. Крисси больше не приходила.
Вечерами и днём я беседую с Галионом о боях и последней войне рас. У толстячка оказалась обширная коллекция оружия, от коротких стилетов гильдии Убийц из Имперской столицы, до кривых клинков пустынных народов.
Внутри меня что-то так и не срослось, теперь свербит, впивается в душу каждую ночь. Я проиграл бой, пусть и лучшему из лучших. Пусть и, отчасти, намеренно. Я проиграл. Был на волосок от смерти…а что осталось бы после меня?
Моток грязной одежды и лук с парой ножей?
Я перебил столько погони, что крови хватит на полноводную реку, а трупами можно устелить дорогу отсюда до крайнего города империи. Но что изменилось? Ничего! Погонь так и лезет из всех щелей, ничего и никого не боясь. Женщина, выйдя из дома, даже днём, рискует быть изнасилованной и убитой.
Не обязательно в такой последовательности.
По сути, я ничего не сделал. Кошмары, мучающие каждую ночь, получены зря. Сонм мертвецов вдоль серебряной дороги, лишь капля в океане человеческой грязи. Даже будь подобных мне, вновь, тысячи, ничего бы не изменилось.
Я вообще на верном пути? Нет…он обязан быть верным! Что может быть правильнее, чем устранение гнили? Но почему её не становится меньше?
***
Сев на кровати, поднёс ладони к лицу и медленно сжал кулаки. Едва зажившие раны по всему телу мерзко заныли. Ногти до боли впились в ладони, костяшки побелели, крупные, хорошо набитые, способные дробить кости. Эти руки несли только боль и смерть, с искусностью достойной более благой цели. Например строить дома, для сирот или ночлежки. Это всяко даст куда больший эффект в будущем, чем бездумное вырезание…
Да…кажется в детстве…точно, мой отец был плотником, наверное, я смогу припомнить пару его уроков. Или пойти охотников в вольные земли, да раздавать часть добычи нуждающимся…
«А что с Зеркальщиком? Что с Проклятьем? Что с убитым стариком библиотекарем? Они пытались убить тебя!»
«А не плевать ли? Меня пыталось убить куча народу, начиная с братца, заканчивая эльфийском генералом.»
«И сколько из них живы?»
Провёл ладонями по лицу, скрючил пальцы впивая ногти в кожу, встал и прихрамывая вышел из комнаты. Во дворе миниатюрный сад с клумбами пышных цветов и карликовыми деревьями. Лунный свет искажает перспективу, вытягивает тени, луна зависла в зените, как зрачок умертвия. Трещат цикады, где-то в лесу за стенами усадьбы поют птицы.
Сев на скамью откинулся всем телом, вперил взгляд в луну, пересчитывая каждую оспину на поверхности. Голова болит от теснящихся мыслей, виски заламывает, как от ударов молотка.
«Зачем я всё это делал? Нужно было изначально забить, подумаешь, попытались убить за отказ…в конце концов, снятие проклятья благородная цель. Это послужит началом новой войны рас, а значит я смогу убивать нелюдей.»
«У всего есть цена, а снятие столь мощного проклятья будет иметь циклопическую цену! К тому же, зачем эти бои? Точно не ради денег.»
В кустах напротив зашуршало, на дорожку выскочила серая кошка с толстой крысой в зубах. Увидев меня мотнула головой и вальяжно пошла вдоль цветочного куста, косясь, будто я могу попытаться отобрать добычу.
— Я…я всегда поступал правильно, по совести…
В ночной тишине голос показался чужим, даже детским, будто маленький мальчик утешает себя, оставшись один в тёмной комнате. Кончики пальцев зачесались, сжал кулаки пытаясь унять зуд.
«Почему меня раньше не посетили эти мысли? Сколько раз ходил по краю смерти и вот только сейчас плотину прорвало? Что-ж похоже действительно прорвало. Я…я сломался?»
— Мне нужно совсем этим разобраться.
Встал, придерживаясь за подлокотник, повёл плечами, в груди разрастается жжение и настойчивый голосок свербит в ушах.
— А что, если ты просто обычный убийца? Просто прикрывающийся благими мотивами? Маньяк, упивающийся смертями и кровью, погрязший в самообмане?