Мне было страшно. Я просила, сидя, как маленький ребенок, на его коленях. Просила не бросать нас, не оставлять маму, которой так больно. Я стучалась в его внутренний мир, пытаясь растопить образовавшийся в его душе лед. Плакала.
Он смотрел куда-то в сторону пустым и отреченным взглядом, даже не пытаясь услышать меня. Он обнял меня, сказал, что любит и отпустил. Но мне не стало легче от этих слов. Я поняла, что он уже давно не с нами.
А потом начался ад.
...Я сидела на полу в своей комнате и дрожала. Дрожала, сжимая в руках учебник по физике, пытаясь вникнуть и запомнить дурацкие формулы, чтобы исправить двойку по физике. У меня никогда не было двоек. А здесь.
Он всегда воспитывал во мне стремление быть лучшей, получать хорошие оценки, проявлять способности. На эту двойку ему было плевать. Мой папа раньше строго бы отреагировал на такую неудачу. А ОН не сказал ничего.
И вот я сидела в попытках подготовится к пересдаче. До нее оставался час. А они ругались. Сначала тон был сдержанным, потом все выше и выше. Я боялась за маму. Она не жалела красноречивых слов, описывая ту, на кого он нас променял. Я молила шепотом, чтоб мама успокоилась, боясь, что произойдет что-то страшное.
Злость волной нарастала в нем. Даже не видя их, я ощущала это. Меня все сильнее трясло, душила истерика.
А потом мама закричала.
Я не помню, как оказалась на кухне и встала между ними. Он держал ее за локоть, а в руках нож.
Я просто неистово закричала: "Не трогай маму!" и схватилась за лезвие. Он несколько секунд стоял в оцепенении, а затем положил нож на стол.
Мама плакала. Она была напугана не меньше, чем я.
Когда я вышла на улицу, крик, который душил меня все это время, вырвался наружу.
Страшно было оставлять их наедине. Ждать, что в следующий раз он в пылу своей ненависти вонзит в нее нож?
И почему он приходит в такую ярость, стоит лишь ему услышать про свою обожаемую нелестные высказывания?
Что она с ним сделала?
Я молча шла на пересдачу, вытирая слезы. А когда вернулась домой, снова застала маму в слезах.
