Дело был во время гражданской войны в Испании. Туда был послан, как военный инструктор, Александр Родимцев под псевдонимом Читос Павлито
Однажды вечером капитан Павлито проводил занятия с офицерами, изучавшими станковый пулемет «максим». Внезапно налетели фашистские стервятники. Несколько бомб разорвалось рядом. Павлито отбросило взрывной волной.
Когда он пришел в себя, то увидел склонившегося над ним офицера с повязкой Красного Креста на рукаве.
— Как себя чувствуешь, Павлито?
— Да вроде жив, шайтан их побери! Вот только голова...
В тот же день его отправили в Мадрид, в госпиталь. Но недолго он пробыл там.
Павлито вернулся на передовую, когда там готовились к решающим боям с дивизиями итальянского корпуса.
Основной удар намечалось нанести на Бриуэгу. К началу штурма здесь были сосредоточены несколько республиканских бригад, около сорока танков, авиация, шесть артиллерийских групп.
В назначенный час над противником появились республиканские бомбардировщики, затем заговорила артиллерия. Едва смолк артналет, как в бой пошли танки и пехота. Поначалу все шло по четко разработанному плану. Но вот итальянцы, придя в себя от первых ударов, ввели в бой вторые эшелоны и резервы. Сильным артиллерийским огнем им удалось приостановить наступление интернациональной бригады Лукача. Танкисты-республиканцы обошли Бриуэгу с севера, однако пехота отстала.
Военный советник Петрович, внимательно следивший за ходом операции, вызвал Павлито:
— Неизвестно, почему медлит с выступлением первая ударная бригада. Немедленно отправляйтесь в ее штаб. Надо во что бы то ни стало отрезать путь отхода итальянцам из Бриуэги на север. Задача ясна?
— Так точно! — ответил Павлито.
По дороге старенький «форд», в котором ехали Павлито и боец-автоматчик, попал под артобстрел. Пришлось идти пешком по раскисшему от весенней распутицы полю.
Командира 1-й ударной бригады Павлито нашел в одном из полуразрушенных домов — тот грелся возле камина.
— А что я могу поделать! — раздраженно бросил комбриг, едва Павлито передал приказ командования. — Отвратительно ведут себя мои соседи! Наши танки идут в бой, итальянцы отступают, а семидесятая бригада лежит в грязи. Мы поднимаемся в атаку, а нас косит пулеметный огонь слева. И все потому, что бездействуют соседи! Выходит, интернационалисты воюют лучше, чем мы? Тогда почему они все еще топчутся под Бриуэгой?
Павлито терпеливо выслушал обидчивого комбрига, сказал:
— Ваши храбрые солдаты и офицеры не раз доказывали, что могут громить фашистов. Это надо сделать еще раз. Немедленно. А соседи помогут: им отдан наистрожайший приказ.
Смягчившись, комбриг произнес:
— Ты прав, Павлито, воевали мы хорошо. Но устали бойцы. А тут еще эта погода... Мы выступим на рассвете.
— Нет, выступать нужно сегодня и как можно быстрей. Иначе нам Бриуэги не видать.
Комбриг покосился на худощавого, стройного, с прядью светлых волос из-под берета русского, проворчал:
— Ладно. Пусть будет так.
Через полтора часа бригада пошла в бой. По мере того как ей удавалось выполнять боевую задачу, настроение комбрига менялось.
— Ты еще не знаешь моих бойцов, камарадо! — возбужденно произнес он, когда ему доложили, что шоссе перекрыто.
Выступление 1-й ударной бригады дружно поддержали соседи. Не вырваться фашистам из кольца!
Вскоре подкатил на мотоцикле связной:
— Разведчики просили передать: из Бриуэги в нашу сторону движется автоколонна. Итальянцы не знают, что шоссе перекрыто!
Комбриг повернулся к Павлито с азартным блеском в глазах:
— Вот бы захватить! Как бы нам пригодились эти машины!
Решили подпустить автоколонну как можно ближе к танкам, что стояли на шоссе, и ударить по последней машине. Так и сделали. После скоротечного боя в руках республиканцев оказалось около семидесяти целехоньких автомашин противника, до отказа набитых всевозможным штабным имуществом.
— Не было бы наступления, — сказал Павлито комбригу, едва заметно щуря свои светлые глаза, — не было бы и этих автомашин.
— Муй бьен, Павлито! Муй бьен, камарадо! — возбужденно говорил комбриг, дружески обнимая своего нового боевого товарища.
В тот же день, не выдержав сокрушающего удара дивизии, итальянцы в панике бежали из Бриуэги.
Это была крупная победа республиканцев!..