Семейный психолог Екатерина Мурашова говорит, что биологически материнская любовь состоит из нескольких этапов:
- материнский инстинкт — его «внагрузку» в ребенку получают четверо из пяти матерей; действие инстинкта в среднем продолжается четыре года;
- забота о ребенке, который в силу возраста еще нуждается в контроле и не в состоянии полностью обеспечить свои нужды и безопасность;
- доверие ребенку — переходный период, когда родители постепенно признают в отпрыске взрослого;
- сепарация — пересмотр договора «взрослый — ребенок» на «взрослый — взрослый».
Так выглядит цикл материнства по законам природы.
Однако любовь к ребенку — многогранное чувство, которое формируется не только под влиянием биологически факторов, но и в результате сложных экзистенциальных процессов. Смешиваясь с другими эмоциями, оно может затеряться, и тогда на первый план выйдут чувства, которые лишь «притворяются» материнской любовью, маскируются под нее.
О том, что можно перепутать с этим чувством, Екатерина Мурашова рассказала на фестивале Family Tree «5 лекций о любви». Вот несколько тезисов, которые следует запомнить.
Чаще всего под материнскую любовь маскируется невротическая тревога, усиливающаяся от ощущения ускоряющегося мира.
Речь тут идет о ситуациях, когда родитель постоянно находится в состоянии беспокойства за ребенка — взрослый может переживать как по мелочам (начиная от боязни отпускать ребенка одного в школу), так и по глобальным поводам (например, испытывать страх за будущее ребенка).
Объясняя свою тревожность, родители при этом говорят о том, что ее источником является любовь к ребенку. На самом деле, как говорит Мурашова, к любви эти переживания отношения не имеют, и часто их корни находятся в детстве самого родителя, который теперь просто прибегает к тому паттерну поведения, который наблюдал в своей семье.
Также за материнскую любовь себя может выдавать всевозможная эмоциональная архаика: чувство долга, достоинства, чести, преданности определенным жизненным идеалам.
По словам психолога, большинство из этих чувств вытеснены из эмоционального обихода современного — в особенности молодого — человека за ненадобностью. Однако родители продолжают прибегать к паттерну поведения, выработанному поколениями.
Например, при оценке того или иного жизненного выбора ребенка (допустим, круга друзей или будущей профессии) опираются на собственные представления о том, как должно быть.
Как это может выглядеть на практике?
Скажем, ребенок говорит, что не хочет получать высшее образование, а собирается пройти онлайн-курс по интернет-профессии. Мама, ведомая эмоциональными аттавизмами, будет давить на то, что из любви к ребенку желает ему только самого лучшего будущего, при этом (возможно, даже не осознавая этого до конца) подразумевая что-то вроде: «Да как я людям в глаза смотреть буду! Это же ужас, что подумают о нашей семье».
За материнскую любовь выдает себя и желание женщины доказать — кому угодно, от матери до Бога, — свою родительскую состоятельность. В таком случае большинство решений, связанных с родительством, такая мама принимает с оглядкой на тот значимый в ее глазах объект, которому она желает громогласно заявить о своих успехах. Часто к таком методу взаимодействия с ребенком прибегают женщины, которые находятся в конфликте с матерями — воспитывая своих отпрысков, они хотят дать им то, чего не получили от своих родителей сами.
Кроме того, материнской любовью притворяется отношение к ребенку как к собственному проекту. Такие родители вкладывают ресурсы в развитие и образование ребенка, активно участвуют в его жизни, при этом постоянно ожидая от него какой-то отдачи, какого-то результата, соразмерного с объемами затрат. Не получая ожидаемого, подобные мамы сердятся, негодуют и выступают перед детьми с пламенными речами о бесконечной любви, которая измеряется количеством кружков и курсов.
Последним и при это самым зловещим явлением, маскирующимся под родительскую любовь, Мурашова называет назначение ребенка смыслом жизни (то самое «Я же мать!») Психолог подчеркивает, что подобная модель отношений, когда женщина кладет себя на алтарь материнства, жертвуя карьерой, интересами, часто и личной жизнью, губительна для ребенка. Он должен видеть, что родители представляют собой не только функции, но и имеют собственные желания, стремления и цели — не для ребенка, а для себя.
Как правило, ребенок, растущий у такой мамы, не во состоянии вынести такого натиска чувств и в конечном итоге сопротивляется им.
Автор: Лена Аверьянова