Успешный бизнесмен Дмитрий (Владимир Мишуков) летит на день рождения к дочери друга в город своего детства. Друг (Михаил Сегал) просит помочь чаду (Софья Гершевич) с рекомендациями по поступлению в институт.
Дмитрий относится к делу ответственно — сначала долго просматривает ее фотографии в соцсетях, потом зовет погулять по крышам и вообще ведет себя подозрительно. В дальнейшем мы узнаем, что подобное поведение вообще типично для героя, но его мотивации останутся неясными практически до самого финала.
Новый фильм Михаила Сегала («Рассказы», «Кино про Алексеева») из тех, про которые сложно рассказывать, поскольку его суть заключается в финальном развороте истории, который худо-бедно объясняет происходившее предыдущие полтора часа. Парадокс здесь заключается в том, что, как и в предыдущих работах автора, этот твист не то чтобы очень много добавляет к сказанному. Сегал, безусловно, режиссер с собственным, моментально узнаваемым почерком. Придя в кино из рекламы, он пользуется инструментарием жанрового кино, а не популярного в российском независимом кино арт-хаусного бубнежа, заставляющего вслушиваться в зачастую ничего не значащие реплики героев. Вместо этого в его картинах всегда довольно много воздуха, музыки, красивых пейзажей и того настроения, которое в советском кино называли лирическим.
Проблема неизменно (и «Слоны» не исключение) возникает в определяемом слове, которое и должно худо-бедно формулировать жанр. Его фильмы, несмотря на полноценный хронометраж, это не драмы, не мелодрамы и не комедии. Лучше всего здесь, вероятно, годится слово «анекдот», которое странно видеть в описании картины, длящейся больше полутора часов. В связи с этим любопытно разобраться в причинах, по которым развернутая история всякий раз (за исключением склеенных из квартета новелл «Рассказов») стремится будто бы съежиться до размеров остроумной короткометражки.
В случае со «Слонами» ответ, пожалуй, более очевиден, чем с предыдущим «Кино про Алексеева». Сюжет здесь, как можно догадаться уже из беглого знакомства с завязкой, сознательно заигрывает с самым известным набоковским романом — впрочем, без смелости, которая уже больше полувека будоражит умы поклонников русского классика. Связано это отчасти, видимо, и с тем, что «Лолита» так давно стала притчей во языцех, что ее читатели (многие из которых знакомы с романом исключительно в пересказе) пропускают мимо глаз то, что сила книги не в обращении к рискованной теме, а в тончайшем исследовании восприятия мужчиной женщины, в том, как тонко автор показывает развитие возникшего чувства. Провокация Сегала в этом контексте оборачивается фикцией — в финале выясняется, что ларчик открывался почти до обидного просто. К тому же автор картины будто бы все время что-то не договаривает — но не для того, чтобы создать интригу, а дабы не проболтаться о чем-то важном и остаться непроницаемым для критики, что вряд ли его красит.
С другой стороны, в «Слонах» будто бы помимо авторской воли есть и другой сюжет, для которого непосредственное повествование всего лишь повод. Связан он с безупречным выбором исполнителя главной роли. Мишуков, пришедший к актерству не так давно — один из самых недооцененных современных российских артистов, возвращающий на экран позабытый образ положительного интеллигента — где-то между героями Мягкова и Янковского. И вот то, как он поверх написанного в сценарии анекдота играет акварельную драму городского одиночества — отличный повод посмотреть эту картину. И, конечно, понадеяться, что такому актеру рано или поздно встретится постановщик уровня Данелии или хотя бы Балаяна времен «Полетов во сне и наяву».
Текст: Ярослав Забалуев
Фото: Инвада Фильм