Третий год мы живём в одном из крупных южных городов России. Я люблю этот город. Хотя бы только потому, что именно здесь мне удалось снова почувствовать себя свободной. Свободной от страха потерять ребёнка, потерять жизнь, здоровье, красоту и свободу в прямом смысле этого слова.
Жизнь в этом городе у нас началась «за решёткой»...
Не той, о которой можно было подумать, не в местах столь отдалённых. А за высоким стальным забором Кризисного центра защиты женщин.
Наверно немногие из вас не знают, что существуют такие учреждения. До 28 лет я тоже не знала.
Но это заведение без преувеличений спасло меня и мою дочь, как минимум от потери друг друга, а возможно и собственной жизни.
Сюда среди ночи мы бежали из соседнего города после того, как мне удалось «выкрасть» свою трёхлетнюю дочь у бывшего мужа. Который за месяц до этого, избив меня, силой забрал мою девочку и увёз, чтобы таким образом «наказать» меня за развод.
Это была зима 2016...
Я скрывалась со своей дочкой от преследований бывшего мужа (с 2013 года бывшего так-то) в одном из городов юга России. Из своего родного города я уехала по той же причине ещё за год до описываемых событий.
Ему удалось каким-то образом, подозреваю, что либо по оплатам моей банковской карты, либо все-таки через отслеживание телефонного аппарата, узнать, где мы прячемся.
Дождавшись, когда мы, ничего не подозревая, выйдем на прогулку, он напал на меня, силой забрал ребёнка и увёз её в неизвестном мне направлении.
Отсюда начинается месяц моего личного ада. Когда от осознания своей беспомощности я разбивала костяшки кулаков об стены, когда я выла, как раненная волчица, от мысли, что моей дочери может быть плохо без меня.
Ведь в её жизни мы ещё не разлучались ни на день. Она до сих пор в неполные 3 года была на грудном вскармливании. Она не засыпала без моих песенок на ночь.
А ещё она плохо его знала. И то, что она о нем знала, не вызывало в ней к нему любви. Она его опасалась.
А я боялась представить, на что он способен в своём желании сделать мне больно. Ведь он всегда угрожал мне через моих близких, говоря, что самые страшные муки испытывает человек, когда причиняют боль его любимым. Я сходила с ума...
36 дней я не видела и не слышала свою дочь...
Я бегала по правозащитным инстанциям, по судам, писала во все направления, не зная, где искать помощи.
Я пыталась разжалобить его, я унижалась, умоляя вернуть ребёнка. В ответ мне были издевательства и угрозы, надо мной насмехались, мне слали аудиосообщения, в которых он рассказывал дочке, что я умерла...
Я благодарна Богу, проведению, счастливому случаю. На 37-й день мне чудом удалось выкрасть малышку и снова бежать.
И вот так, больше, чем на полгода, мы оказались в охраняемом Кризисном центре...
Здесь нам удалось просуществовать весь этот период практически без денег. Восстанавливали психическое здоровье дочки, восстанавливалась я.
Решались судебные дела. А дел было много. Сфабрикованных и уголовных. На меня. Подключалась пресса и общественность.
Обвинение против меня, кстати, было снято только полгода назад. Но это, пожалуй, отдельная история, о которой я расскажу, позже.