Жили-были люди, мужчина и женщина. Любили друг друга и котиков, даже брали животных на передержку в съемную квартиру. Ребенка родили, а потом вдруг любовь кончилась. Причем закончилась как-то резко и для котиков неожиданно. Женщина с ребенком уехала к маме в другой город, а мужчина лег в больницу. За съемную квартиру никто не собирался платить, и котики остались одни. На балконе.
Стоял апрель месяц – не зима, конечно, но в Сибири это такое околозимье, когда погода по нескольку раз на дню качается от яркого солнца до метели. Холодно было котикам на застекленном балконе, а самое главное – жрать нечего. Даже птичку не добудешь.
Мужчина попросил свою знакомую хотя бы изредка их кормить. Она приезжала раз в 2-3 дня и привозила им 400 граммовый пакетик Китикэта на восемь рыл. Ну хоть что-то, иначе бы точно сдохли.
Тем временем о бедственном положении передержки стало известно, но девать их было некуда. Единственный вариант – готовить для котокафе. Вот мы и поехали их забирать солнечным апрельским утром.
Представьте себе донельзя загаженный балкон и восемь точно таких же загаженных животных, совершенно неотличимых по цвету и виду. Мы их распихали по переноскам, несем – и веса не чувствуем. Ничего не весят котики, одни душеньки от них остались.
Привезли их в офис, расставили клетки, давай мыть. Батюшки! А они, оказывается разные: яркая трехцветка, две чернобурки, два серо-полосатика, один бело-серый и две совершенно роскошные пушистые рыжие женщины. Моем их под краном, а они руки целуют, мурлычат. Радуются от того, что к ним прикасаются, что занимаются с ними, внимание обращают. Это было незамутненное счастье живых существ, вынырнувших из небытия.
А мы знай моем. Грязь пластами отходит, а вместе с грязью и шерсть – оказалось у нас после помывки восемь плешивых котиков. Облезли они от голода и стресса, и долго потом обрастали. Так вот, рыжих женщин в одну клетку посадили – сестры же, зачем разлучать? Поставили им горшок, миски, гамачок повесили, все как полагается. Прихожу утром, а в клетке все перевернуто – и мои рыжие сидят по уши в говне и корме и радостно улыбаются. Просто светятся от счастья, что я пришла!
Им потребовалось два месяца, чтобы научиться нормально ходить в лоток и ничего не переворачивать. Обрастали они и отъедались еще дольше, но оно того стоило: редкостные красавицы из них получились. Добрые, радостные и отзывчивые на любую ласку.
А один котик все же умер – не справился.