Прошедшая ночь для Зорина выдалась бессонной. Игорь Михайлович безрезультатно ломал голову как над мотивом преступления, так и над тем, кто мог его совершить, опрашивая поочередно членов команды, сопоставляя и взвешивая все ставшие ему известными факты.
По его распоряжению были приняты меры к тому, чтобы информация об умершем Кайзере не стала известна пассажирам – дурная репутация корабля, а еще хуже – паника – капитану совсем не были нужны.
Другой головной болью Зорина по-прежнему являлся пропавший француз. Продолжавшиеся уже больше суток его поиски не приносили результата. Вдобавок к этому его неврастеничная супруга намеревалась по прибытию в порт обратиться с жалобой на команду корабля во французское консульство.
В обед Игорь Михайлович как обычно зашел в ресторанный зал, поприветствовал гостей лайнера, а сам своим наметанным глазом оглядел трапезничавших пассажиров, многих из которых уже отлично знал в лицо. Зал был почти полон. Пустовало только несколько мест, которые прежде занимали покойный Кайзер, исчезнувший француз, да русский криминальный авторитет – высокий мужчина, носивший цветастую рубаху и шорты.
Недоброе предчувствие шевельнулось в душе Зорина. Взяв с собой старпома и нескольких матросов, среди которых был Иван Никитин, Игорь Михайлович направился к каюте, в которой в одиночестве путешествовал криминальный авторитет Дмитрий Суслин, известный в воровских кругах под кличкой «Суслик».
На стук капитана ни кто не ответил. Тогда он распорядился открыть дверь запасным ключом, что вызвался сделать матрос Никитин. Распахнув дверь каюты, он отошел в сторону, пропуская вперед Зорина. Заметив рвение молодого матроса, старпом Бакулин в очередной раз подумал о том, что стоит походатайствовать перед капитаном о направлении Никитина в мореходное училище.
-Разрешите! - крикнул Игорь Михайлович в пустоту каюты и, не получив ответа, вошел внутрь. Первое, что бросилось в глаза капитану, был удивительный порядок, царивший везде: идеально заправленная постель, чистый стол, ровные ряды бокалов и бутылок на барной стойке. Зорин медленно прошелся по каюте, заглянул в платяной шкаф, открыл дверь туалетной комнаты и отпрянул.
-Я так и думал! - проронил он, побледнев.
Старпом и матросы подбежали к Зорину и увидели пассажира, лежавшего в ванне, наполненной водой темно-алого цвета. Вены на руках криминального авторитета были вскрыты, а на кафельном полу рядом с ванной валялось бритвенное лезвие.
-Разрешите доложить, товарищ капитан! - за спиной у Зорина возник Иван Никитин.
Игорь Михайлович обернулся.
-Что случилось, матрос?
-Там окно открыто, а на стекле пятна крови! - выпалил Никитин. - Думаю, что преступник убежал из каюты через окно.
Зорин хмыкнул, подошел к телу, плававшему в воде, и разжал ему челюсти. Во рту трупа белели рвотные массы.
-Выходит, вначале кто-то отравил авторитета, - глухо заговорил Зорин, - затем, сымитировав самоубийство, покинул незамеченным каюту через окно.
Следовавший за Зориным по пятам Никитин радостно кивнул. А Игорь Михайлович вдруг спросил:
-Или кто-то хотел, чтобы мы так подумали? Так, матрос? Куда ты спрятал тело пропавшего француза?
Старпом Бакулин и находившиеся поблизости матросы от изумления открыли рты. Иван Никитин обмяк, ссутулился и обреченно ответил:
-В холодильнике за мясными тушами...
На берегу
Только за столиком открытого портового кафе Зорин раскрыл своим помощникам секрет, каким же образом он смог вычислить убийцу.
-Поначалу, - пояснял Игорь Михайлович, потягивая маленькими глотками текиллу, - я удивился тому, зачем Никитин дважды заступал не в свою, а в ночную смену, однако списал такое рвение на желание выслужиться. Затем из расспросов дежурной команды я узнал, что в ночь убийства Кайзера Никитин как бы между прочим интересовался у медсестры, кто находится в стационаре, а позже его видели слонявшимся неподалеку от корабельного лазарета, хотя он в это время должен был нести службу на верхней палубе. Мои подозрения очень сильно укрепились, когда матрос Никитин, словно бывалый опер, сразу же обнаружил пятна крови на оконном стекле, чем хотел повести нас по ложному следу. Сопоставив все факты и зная его давнюю любовь к химии и биологии, я пришел к заключению, что Никитин и является таинственным отравителем.
-Но зачем он пошел на это! - воскликнул вечно невозмутимый старший боцман Харченко.
-Причина банальна – жажда наживы. При обыске у Никитина, помимо яда – неприметного порошка, расфасованного в пакетики из-под аспирина, нашли много денег и ценных вещей, которые он вынес из кают «богатеньких Буратино», путешествовавших в одиночестве. Вот только с французом ему не повезло – все карты Никитину попутала его неугомонная жена.
Старпом Бакулин поднял на капитана серые глаза:
-А как же отец Никитина? Он ведь вам этого не простит!
Зорин грустно улыбнулся и качнул головой:
-Свои люди, сочтемся!
Подписывайтесь на канал и читайте новые увлекательные истории!