Начало: Пятнадцатилетний КОТпитан #1, Коалланйоки #2, Коалланъяур #3, Озёра#4, Таскация #5, Вокман #6, Застава #7, Волшебное озеро #8, Пикник на обочине #9, Копакабана #10, Глухарский беспредел #11, Не променяю север я на потные моря #12, Никель, облака, граница#13, Кольская сверхглубокая #14.
Встретившиеся на Сверхглубокой смоляне подтвердили обязательность спецпропусков в Лиинахамари, похоронив мои надежды на посещение батареи Суоми, которую космопоисковцы и прочие ловцы сачками летающих тарелок называют полигоном и стартовой площадкой Аненнербе. Пришлось направляться к ближайшему морю - на Средний. Предсказывая нашим таксаторам сумасшедший трафик на дороге и кучу людей на побережье, мы ещё не знали, что Рыбачий в 2015 году накрыла "цивилизация" и у перевала Муста-Тунтури организован палаточный лагерь из кафешки, дайвинга и "заправки" из канистр...
Участившиеся учения естественным образом существенно "причесали" дорогу, красивых "ступенек" с диагональным вывешиванием - просто не стало, да и другие места заметно улучшились, так что теперь там легко проходят недоприводы.
Вечерний Муста-Тунтури был не менее великолепен утреннего и ночного. Отвлёкшись, я удачно наехала на камешек, убив амортизатор и пока мой штурман намётывал тазик икры, откручивая безнадёжно обвисший на пальце амортик, мы ломанулись в горы - из-за позднего прибытия терять время на фотосессии было не разумно, но тут-то сам бог велел!
Такое количество оттенков и теней бывает на перевале только с малым светом.
К часу ночи, устав от тряски, ожидания ребят, подбиравших и подсчитывающих вещи, пытавшиеся разбежаться из буханки, которая, лишившись двух болтов крепления кузова, стала приветливо распахивать дверцы на каждой кочке, остановились - чуть-чуть не доехав до батареи Поночевого.
Между делом выяснилось, что сумку с дорожными рюмочками, вероятно, всё же пролюбили по дороге, из пяти чашек - две сделали ноги, скорее всего во время остановки на перевале, а Конский як, разливаемый в три кружки на пятерых, оказывает особое сакральное действие - почти как кружка мира, пущенная по рукам. Незаметно под грустилки мы устали окончательно и, пообсуждав обилие явно советских защитных сооружений, непонятно как оказавшихся на бывшей финской территории (по 39 году), разбрелись по палаткам.
У берега, на фоне темнеющей воды, разгорался гигантский костёр, к которому существо, в сполохах огня более всего напоминавшее пивного тролля, медленно и уверенно переставляя чуть согнутые в коленях тумбообразные ноги, волокло на животе огромный пень. Уже застёгивая молнию, я подумала, что этот прекрасный кадр так и останется только моим, откапывать фотоаппарат было безумно лень…
Всё утро где-то сверху над головами шумели дизельные моторы, сквозь сон принимаемые мной за "песни гор" и эхо моторок, пока в палатки шебурша курумником, не уперся какой-то бибикающий наглец.
"Вот кому-то сейчас не поздоровится!"
Позже Ваня признавался, что никогда ещё между эмоциями "щаззз как…" и "ну, да…" не проходило так мало времени - над палаткам возвышался БТР с военными на броне.
- А можно вас сфотографировать? - успела я спросить, пока кот путался под ногами и, получив разрешение, нырнула за фотиком.
- Ребята, у нас стрельбы через час, а вы на мишенях… район закрыт для посещений.
- На мишенях?!
Ну конечно, столь бурно обсуждаемые вечером "заграждения", так несуразно расположенные - оказались мишенями!
С больными головами мы собирали лагерь, прощаясь с мыслью о батарее Поночевого - не завершить "кругосветку" на Среднем уже становилось традицией.
Ваня, так и не успевший помедитировать у литорали, грустил у воды.
С залива быстро наползало облако дымовой завесы.
- Ой, надо поторапливаться, они сейчас десант пустят! - занервничала я, вспомнив прошлогоднюю высадку во время учений. Но это оказался туман, на глазах съевший Айны, море, видимость в низине и дорогу.
На верхней тропе с прицелом на нашу стоянку были понатыканы причины утренних шумов - цветочки.
- САУшки, поехали-ка отсюда!
Продолжение следует)