Обожают наши читатели расписывать красоты и нечто удивительное других стран, городов, мест. А что Орск? Никто не пробовал путешествовать его улицами? Вспомнить славную и необычную историю? Тогда в путь!
Нежен и золотист
«Он горяч, как раскаленная на солнце яшма; нежен, как майский черемуховый ветер; золотист, как пшеничное поле». Это всё о старогородском пирожке. Сколько ему лет? Более ста. В архивах он упоминается с начала 20-го века.
Купцы Д. Миллер и Н. Шубенков захватили орские ярмарки в плен вкуснятиной с потрошками. Именно с потрошками, продуктом из птицы или рыбы, а не ливером крупного скота. Эх, как шумно плескались орские ярмарки! Три гостиницы, пять трактиров, 68 постоялых и заезжих дворов переполнены. В городе обосновался ряд иностранных фирм, включая «Зингер», которые торговали сеялками, жнейками, косилками, молотилками, ну и, само собой, швейными ручными и ножными машинками.
После революции многое пропало. Но не пирожки. В советское время их выпускал цех мясокомбината. Из всей страны сюда заезжали гости попробовать, распознать секреты приготовления, которые держались в строгой тайне. Как и из чего получалась сочная и вкусная начинка, золотистое тесто, какие жиры шли на «варку» пирожка? Одну тайну все-таки выдали: нельзя раскатывать тесто скалками, чтобы весь углекислый газ из него не вышел, иначе пышности не получится.
Вот и сегодня город заполонили пирожки разных производителей. Вкусно, конечно. Но тот вкус все равно не забыть!
Письмо Сталину
Немало паломников приходит в Орск помолиться на могилах иереев Антония и Михаила, что в Старом городе, надеясь на исцеление и чудо.
Иерея Антония (в миру Антона Ивановича Ткачука) ещё помнят верующие Орска. Он воспитывался в Киево-Печерской лавре. Впервые был арестован и осуждён за контрреволюционную деятельность. 10 лет концлагерей. Первый срок отец Антоний отбывал в Соловецких лагерях. Монахиня Прискила (Баталова), которая по сей день жива, служит в новом Орском монастыре, помнит его рассказы.
– Каждый день допрос начинался со слова «отрекись!». Одно только слово вернуло бы свободу, встречу с матушкой, братьями, сёстрами. Но он не отрекался от веры.
На Крещение, в лютые морозы, арестантов «крестили» ледяной водой из пожарных рукавов. К Антонию, читавшему молитвы, сбегались бродячие собаки, сбившись в стаю, они согревали его. Однажды в ночь на Святую Пасху его посадили в мешок, и он там по памяти пел Пасхальные каноны, славя Бога. Остался жив. Антоний отбыл срок и в 1939 году прибыл в Бузулук. На свободе он пробыл всего 8 месяцев. И вновь был арестован местным отделением НКВД за нелегальное крещение детей. И снова получил 10 лет лишения свободы. И тогда он пишет письмо Сталину 21 февраля 1946 года, которое сохранилось в областном архиве. Батюшка глубоко осмысливает происходящее и слова прокурора, который требовал от суда дать ему срок только за то, что «его первый не исправил».
Отбыв до конца свой второй срок заключения, отец Антоний прибыл в Орск в 1950 году на поселение. Он скончался в ноябре 1951 года, собрав вокруг себя духовных чад, а память о нем не умолкает. Ему был открыт день его смерти. На похоронах происходило много дивного. Осеннее небо, по словам матушки, было в розах, солнце играло, как на Пасху. Милостью Божией потихоньку собираются свидетельства помощи батюшки.
Читайте продолжение на сайте Орская хроника