Крошка моя, я по тебе скучаю…
Я от тебя письма не получаю…
На Новый, тысяча девятьсот девяносто девятый, Год, наши дембеля заказали у дагестанского телевидения «Домой» Юры Хоя и Сектора Газа. В ответ, когда мы собрались у вытащенного из офицерской палатки телевизора, получили следующее:
- Поздравляем воинский коллектив заставы Внутренних войск «Первомайское» с наступающим Новым годом и, специально для бойцов срочной службы, звучит песня…
Ну, вы поняли, верно? Темно-белый клип с Жуковым, еще вполне транспортабельных размеров, как бы корчащего из себя вполне серьезного бойца. Бойцы, кстати, были вэвэшные, то ли с ОДОНа, то ли с какого учебного заведения ВВ. Но то не суть.
- …… штопанные! – обозвал телевизионщиков кто-то из старослужащих. Застава, не исключая ряда старшин, прапорщиков и офицеров, была с ними полностью согласна.
Было обидно. Даже обиднее, чем идти после этого, так сказать, поддельного поздравления, идти в караул. Но мы пошли в кольцо траншей, сменяя 6-ую роту, оттоптавшую мерзлую кавказскую землю почти сутки. На самом деле нам, духам, было обидно из-за простейшей вещи: хотелось услышать что-то веселее Сережи Жукова, светившего гладким и совершенно не голодавшим ни разу лицом на фоне камуфлящей, дыма, АК-74М и всякой разной бронетехники.
Ждут солдата два письма…
Письма нас ждали не так часто, а уж от кого-то, помимо мамы ждать и не приходилось. Ни у кого на гражданке никого сторонних не оставалось, а суровые пацаны писем не пишут. Не до того им, есть чем заняться, кроме товарищей в армейке.
«Студент» выводил меня из себя еще когда были живы мои деды, если память не изменяет. Лезть в Вики и проверять совершенно не хочется, но девяностые и «Руки вверх!», которыми у нас почему-то гордилась полгорода, связаны в памяти как Киану Ривз и «Матрица», как какао и молоко, как беспорядочные половые связи и несомненный триппер. Редко какая эстрадная мелодия могла так впиваться в голову, но Жукову и Потехину это удалось. До такой степени, что прошло двадцать лет, а я помню, как их зовут.
Слащаво, плаксиво, романтично и еще как-то, заканчивающееся на «о», плясали и выли в телеке и в нулевых. Пусть и не так активно. И слава Ктулху, иначе было бы совсем тяжело, учитывая какие-никакие, а попытки сделать нашу эстраду относительно неплохой и интересной. Три аккорда на синтезаторе и два замикшированных бита от парней с Тольятти никак не подходили для такой роли.
Под раскаты «Руки вверх!» в девяносто щестом моего брата, подонка и каналью, били ногами в отрадненском парке в конец оборзевшие гопники, опрометчиво называвшие себя «бригадой». Бригада из них была как из козьего анала труба, но пинать едва шевелящееся тело им это никак не мешало. Не подумайте, брата мне было жалко в ту пору, ведь он в принципе не заслужил ничего такого. Ну, полез к каким-то незнакомым девам, ну, вышел на разговор в парк, но не так же… и ладно бы, если б лупцевали его в сопли, грибы и лоскуты под православно заставляющий всех танцевать медляк «Непрощенный» от «Металлики», так фига…
- Я голову руками закрыл, они мне ливер отбивают, а там «Студент» играет, мать его…
Правда, брат тут чуть шепелявил, ведь виниры на передних зубах, жутко дорогие для наших девяностых, но обязательных из-за потерянных на Северах зубов, ему к черту выбили. Глаза видели процентов на двадцать пять, губы казались пельменями, только он сидел и гордился, как вышел целым и не опустился перед кодлой человек так из восьми.
- Студент, ахаха!
Видел, как ржет над русской попсой человек-кочан-брюссельской-капусты – видел почти все в этой жизни, не считая смешных случаев, случающихся у прозекторов и патологоанатомов с судмедэкспертами. Не подумайте, что смеюсь над смертью, но чего только не случается, право слово.
- Крошка моя, я по тебе скучаю…
Я от тебя, письма не получаю…
А ты далеко и даже не скучаешь…
Но я вернусь, вернусь и ты узнаааееешь…
Что там больно могла узнать крошка так и осталось для меня тайной. Наверное, что многие парни в восемнадцать все же сущие идиоты, но признаются в таком только тогда, когда до уровня «дед», в смысле с внуками, им остается совсем немного.
Так что, да, девяностые и «Руки вверх!» едины, прямо как рабочий и колхозница.
Больше "Pro девяностые и..." читать вот здесь, по ссылке
Девяностые, война и женщина на войне
Читать полную версию книги "Буревестники" можно в удобной читалке. Войдя через ВК или почту можно помочь книге и автору лайком или репостом: Полная версия книги тут