Страна нищеты и сумасшедших контрастов, добрых людей, грязных улиц, свежих фруктов и отвратительной кухни.
В Рио я приезжала на олимпийские игры. Те самые, когда до последнего дня было непонятно, проезжается ли наша Сборная.
С Рио мы подружились не с первого взгляда. Честно говоря, не со второго и даже не с третьего. В первые минуты в Рио тебя накрывает синдром обманутых ожидания: ты почти двадцать часов мучаешься в самолетах, представляя как пылкий Рио дыхнет бразильским жаром тебе в лицо, а толпы красивых людей с накаченными телами будут раскачиваться под ритмы самбы на мостовых. Вместо этого тебя встречает липкий туман, грязные мостовые, пустые улицы, ветер, вонь, мелкий дождь, толстые обросшие люди, разрушенные фавеллы, искусственные отстроенные туристические кварталы и вонь вонь и еще раз вонь!
С первого взгляда от Рио меня рвало в прямом и переносном смысле слова. Казалось, хуже места на планете не найти и это первый город, который я ни за что не хотела бы вернуться. В тайне мы с Максом (коим коллегой) надеялись, что Томас Бах отправит нас домой уже через неделю.
В первый день я закрылась в тесном номере, как только закончили все рабочие встречи, и уснула с мыслью, что скоро домой.
Лед тронулся, когда к концу второго дня уже в ночи мы впервые подошли к океану (океан у нас в 50 метрах от работы и 200м от отеля). Когда слышишь, как песок хрустит под ногами, когда океан обнимает тебя за лодыжки, а из уличных кафе раздается босанова, ты перестаешь ненавидеть Рио. Ты вообще перестаешь ненавидеть.
Вообще, самбы в Рио за 4 дня я еще не встречала. Сплошная босанова из магнитол португальского убера. Босанова для зимнего Рио, похоже, - религия.
Примирил нас с городом, как водится, алкоголь. Знаете что такое бразильский Куба Либре? Это бокал, в который на твоих глазах наливают процентов 85 рома и совсем немножко коллы. Самый честный Куба Либре на свете.
Мы с Рио договорились попробовать подружиться, тем более что утром третьего дня МОК объявил, что дружить нам еще месяц)
Где-то между океаном, встречей с подрядчиками, не говорящими ни на одном языке, кроме португальского, закатом, кайпириньей, невероятными на вкус ананасами, криками Максима Алексеевича о жирности местных Оп, свернувшим в фавеллы убером и удивительными людьми, которые нас встречаются, Рио стал любовью.
Рио — это люди. Разные, яркие, шумные, эмоциональные, скромные, бедные и богатые, свободные, открытые.
Вот, например, Элизабет, красивая, эффектная бразильянка около 50 лет, директор самого крупного в Рио Центра изучения русского языка.
Преподает русский она с 90-х, никогда не была в России, но очень хочет. Она замужем за мигрантом из Новосибирска больше 10 лет. «Мы живем с мужем отдельно, - говорит Элизабет, - так лучше. Я провожу несколько дней у него, а потом, когда устаю, ухожу к себе домой, спать одной. Расстояние помогает прощать». I want to live alone
Because the greatest love
Is always ruined by the bickering
The argument of living
So I want to live alone
I could be happy on my own
Рио - это улицы. Город живет на улицах, город живет улицами. Неудивительно, что самое интересное и рефлексивное, страшное и прекрасное рождается и встречается на этих улицах, грязных, многолюдных, опасных, но живых.
Рио — это Боря. Боря был моим целых тридцать минут. Однажды ночью Максим Алексеич ел крабов под кашасу, а мы с Пашей просто что-то ели. И вот пока Макс разбивал череп очередному вареному ракообразному, я заметила в аквариуме с живыми крабами одного особенного. В отличие от всех спящих, сдавшихся и смирившихся со своей участью товарищей, он боролся и пытался выбраться из аквариума.
Я увидела в Боре родственную душу и пример для подражания (да, после трех Куба Либре). Борю необходимо было выкупить и спасти.
Пашка жестами объяснил бразильским официантам, что не надо убивать краба, чтобы включить его нам в счет, и мы с ребятами ушли на Копакабану дарить Боре свободу.
Мой Рио — это про держать жизнь на кончиках пальцев и бояться к ней прикоснуться.
Каждый день как будто проигрываешь в игру «я никогда не», и это невероятный микс из людей, эмоций, событий, кучи работы, смеха, алкоголя и сумасшедшей внутренней свободы делать так, как считаешь нужным, делать так, как чувствуешь правильным. Начинать не с нуля, начинать с себя!
У меня вернулась удивительная способность радоваться простым вещам. Я здесь как минимум трижды кричала, что "никогда еще не была счастливее, чем сегодня»! После двадцати дней мы с Рио по-настоящему нашли общий язык. Знаете это чувство, когда кажется, что город с тобой разговаривает? Рио начал подавать мне знаки, сталкивать с людьми и местами. Кажется, принял меня за свою. После двадцати с лишним дней в Рио мне перехотелось отсюда уезжать!
Я знала, что буду скучать по городу, подарившему столько людей, эмоций, сил и вдохновения! Но я никогда не думала, что мне захочется вернуться.
Еще долго буду слышать океан, закрывая глаза.