Мой двоюродный дедушка был бегуном. В деревне это очень смелое занятие.
Во-первых, все настолько заняты огородом или пьянством, что на пробежки времени нет.
Во-вторых, бежать нужно по двухполосному шоссе, спрыгивая на узкую обочину от грузовиков.
Его даже сбивали пару раз, неопасно.
Он был младшим и любимым братом бабушки. Помимо бега, Шура, Шурека, он же Александр Григорьевич, занимался другими странными для деревенских вещами: играл в шахматы с единственным приятелем, болел за спортсменов в телике, особенно олимпийцев, занимался селекцией растений, от чего у нас была самая большая смородина в мире и невероятная сладкая «владимирская» вишня. Еще он плевал на чувства других, называя людей с животом жирным, а пьющих – алкашами. Видимо, поэтому всю жизнь провел холостяком.
Мои каникулы в деревне проходили по рабочему распорядку. Собрать колорадских жуков с картошки, соревнуясь с сестрами, кто больше найдет. Покормить с кур и поросенка, на десерт кидая первым червяков, а второго почесать по щетинистому пузу. Вымыть полы, ползая на коленях без швабры-«ленивки», как ее презрительно называла бабушка.
Иногда в эту простую жизнь вмешивалась бытовая магия.
Волосы расчесывали, и те, что оставались на расческе, выкидывали в печь, чтобы дурной человек не нашел и не сглазил, от него же защищались приколотыми к изнанке платьев булавками.
Абсолютно нормальным считалось общаться с покойниками во сне. Событие становилось темой для дня – кто кому привиделся и что сказал.
Дядя Саша таких разговоров избегал. Как ужаленный выходил из дома, если видел гадальную колоду в руках прабабушки. Если его старший брат, которого так все и звали – Старший, включал Рен тв про зеленых летающих человечков, молча переключал канал на спортивный.
Как-то бабушка решила разобрать шкаф, забитый книгами, бумагами и альбомами с черно-белыми вопоминаниями. Я крутилась тут же, «помогала», надеясь на добычу из Бредбери или хотя бы подшивку журналов «Здоровье». Читатель-наркоман во мне тогда требовал любых букв и историй.
Из малинового кожаного альбома выпала фотография. На ней сидел Шурека с баяном в руках, а с ним рядом стояла строгая красивая девушка в длинном платье. На его лице было странное до этого невиданное выражение: он улыбался искренне и открыто! Как Гагарин, который собирается в космос. Бабушка подняла фотографию. Бабушка-кремень, бабушка-скала посмотрела, нахмурилась и прислонила рукав к глазам. Через секунду убрала руку, глаза были красными. Она сказала отрывисто: «Вот такой был ваш дядя Саша, на гармонии как играл – вся деревня приходила слушать!». На мои любопытные вопросы о девушке добавила: «Невеста была у него. В пруду утонула. Ночью пошла купаться, дура. Навеселе, с мужиками и девками. Саша в армии был, узнал, когда вернулся только. Больше не играл. Убери, сказал, Рая, с глаз подальше».
Бабушка забрала фотографию и я стеснительно к этому разговору больше не возвращалась, хотя на местный пруд стала смотреть по другому. Не как на лужу с лягушками и камышами, а смертельно опасное место, которое забирает молодых красивых девушек себе в подарок.
Потом лето закончилось. Потом я выросла. Умерла прабабушка и Старший. Шурека все еще бегал и гравировал детали на заводе. Как-то я приехала, он смотрел олимпийские игры – прыжки в воду. Комментировал всех как тренер. Синхронное плавание не комментировал, молча пил чай, строго сложив губы и смотрел на раскрашенных мокрых спортсменок.
Через год он утонул. На рассвете пошел плавать в этом болоте, местном пруду. Никто не понимал, как пловец и бегун смог там утонуть. В сжатом с силой кулаке нашли ил и траву, как будто он держался за дно. Стали говорить о самоубийстве. Бабушка быстро такие разговоры пресекла, чтобы священник не отказался отпевать.
Недавно мы разбирали его бумаги. Листочки календарей с советами по борьбе с грызунами в саду, методичные дневники с личным прогрессом в беге за 40 лет, вырезки с олимпийскими рекордами в беге и плавании. А еще листочек с аккуратно переписанным текстом из энциклопедии: «Русалка-и, ж. В народных поверьях и сказках: существо в образе обнажённой женщины с длинными распущенными волосами и рыбьим хвостом, живущее в воде. Производные уменьш.-ласк. руса́лочка, -и, ж. прил. руса́лочий, -ья, -ье».