Один вечер в трикотажном доме.
Накануне ночи чувствую – какой-то дискомфорт внутри меня появился. То ли чешется что-то, то ли есть хочу. В холодильник залезла – нет, вроде не хочу. Всё равно ничего вкусненького нет… Стёпа вылезает:
- А для меня?
- Стёпа! Марш из кухни!
Стёпа уже за порогом:
- Не больно и хотелось… - но далеко не отходит. А вдруг?
Бесшумно материализуется Зёма:
- Холодильник хлопал! Я слышал!
Стёпа молча вздыхает, отворачивается… Зёма грустно-понимающе:
- Не дала?... – тоже вздыхает.
Немного подумав, падает в голодный обморок возле миски, закатив один глаз. Вторым смотрит на меня. Бдит.
- Зёма! Пш! Только насыпала полчаса назад! Вон, миски полные! Иди ешь!
Стёпа, глядя мимо меня в стенку:
- Не полные. Там дно видно.
Зёма слегка приподнимается, смотрит в миску. Да, видно. Слегка, но видно. Падает обратно. Готовится к смерти.
Слышится уверенный и наглый шкряб из ванной. Открываю – Мотя.
Я запрещаю котам спать в ванной, потому что они стягивают к себе все полотенца, покрывая их плотным слоем шерсти. Однако Мотя просачивается туда постоянно. Ни разу не видела, как он попадает внутрь, зато регулярно вытаскиваю его наружу. Феноменально.
Потягиваясь и зевая, Мотя подходит к мискам:
- О! Еда! – Мотя не рефлексирует по поводу просвечивающего дна.
Хрустит пару минут. Оглядывается на сотоварищей:
- А чего шум был? Придурки, разбудили меня. И этот опять под ногами валяется!
Мотя недолюбливает Зёму, главным образом за трусость и постоянный душевный трепет. Сам Мотя не трепещет – делать, что ли, нечего. Он явный сангвиник и живёт одним днём. Поэтому делает нападающее движение на Зёму. Зёма мгновенно перестаёт умирать и с визгом прячется за Стёпу. Стёпа и сам побаивается Мотю, однако весовой перевес даёт возможность противостоять. Стёпа с опаской отодвигается:
- Да вот… Она холодильником хлопала чего-то…
- Не дала?
- Не дала, - вздыхает Стёпа.
Зёма согласно кивает. Но его мнение никому не интересно.
- И не дам! – ворчу я. – Дармоеды!
Мотя презрительно смотрит на виновато вздыхающих Стёпу с Зёмой:
- Идиоты трусливые. Учитесь!
Лениво падает, выставляет кверху пузо, снова потягивается, умильно глядя мне в глаза:
- Дай колбаски. Дай, не жлобься! Можешь меня погладить….
Отказаться невозможно. Глажу пушистое пузо, тискаю за загривок. Сбоку подтягивается Стёпа, подсовывает морду, опасливо шепчет в сторону:
- А нам – пакетик бы… - и, отчаянно зажмурив глаза, рубит, - Два! Два пакетика!
После чего перестаёт дышать и замирает от собственной храбрости. Пакетик, ишь ты!
Кстати говоря, Мотя не ест мягкий корм из пакетиков, предпочитая колбаску, йогурт и сырое яйцо. Стёпа с Зёмой колбасу не едят, зато пакетики обожают. Впрочем… возможно, они не едят колбасу, потому что Мотя им её не даёт? Сырое мясо едят все. Но получают раз в сто лет.
Лезу в холодильник, достаю, разумеется (разумеется!), колбаску. Ну, и пару пакетиков тоже достаю. Стёпа:
- О!
Зёма:
- О! О!
Мотя:
- А, достала? Порежь. Не так, помельче. Да, так норм.
Съедает два кусочка, уходит. Бросает через плечо:
- Не убирай. Потом доем.
Сволочь он. Но обаятельная.
А, точно! Про дискомфорт я вам позже напишу! Сейчас меня опять унесло.
Читайте, подписывайтесь, ставьте лайки, делитесь в сетях - вам не скучно, а мне приятно)))