Боль накатывалась, разрывая колено. Сон прошел. За окном серело. Я поднялся и, вскрикнув, присел на кровать. Такое состояние я испытывал, когда меня ранили в Афганистане. Жена, приподнявшись, удивленно смотрела на меня.
– Что случилось?
– Ты знаешь, ощущение такое, что у меня в колене огонь.
– Чем тебе помочь?
– Дай попить.
Жена надела халат и ушла на кухню. Я сделал еще одну попытку встать. Это мне с трудом, но удалось. Ковыляя, я начал движение.
Навстречу вышла жена.
– Вот! На! Попей.
Вода сняла напряжение и, казалось, что даже жгучая волна боли стала уходить.
– В больницу пойдешь?
– Да.
Совсем недавно решением министра обороны я был уволен в запас. Я встал на учет в военкомате, получил пенсионное удостоверение, а вот с правилами медицинского обслуживания пока еще не удосужился ознакомиться.
– Да! Я пойду в военную поликлинику.
– Может, я пойду с тобой?
– Не надо!
Погода в Москве напомнила, что на улице уже осень, и дождь, который мокрой пеленой покрывал город, не оставлял никакого сомнения. Лето окончилось.
Медленно переставляя ноги, я все-таки добрался до дверей поликлиники. Над дверью гордо поблескивала медью табличка, оповещая, что это поликлиника министерства обороны и носит она гордое имя академика Н.В. Бурденко.
– Вы куда? – это охранник.
– Я в регистратуру.
– Пропуск!
Я вспомнил, что раньше заходил, предъявляя удостоверение личности офицера. Но его у меня уже нет. Я сдал его в военкомате и взамен получил военный билет офицера. Я достал военный билет и предъявил его охраннику.
– Это не тот документ, – сказал молодой человек, и сразу же сделался серьезным и подчеркнуто-властным распорядителем на входной двери.
– Так я же состою на учете в этой поликлинике.
– Идите в приемную, там отдел регистрации, пусть они выпишут вам пропуск на вход в помещение.
Выхожу на улицу и иду в направлении, указанном мне охранником.
В окошечке – две дамы. Одна увлеченно разговаривает по телефону. Другая, постарше, что-то писала в одном из развёрнутых журналов.
– Здравствуйте!
– Здравствуйте, – сказала та, которая говорила по телефону.
– Девочки, тут такая вот история. Я давно уже лечусь в вашей поликлинике, но сейчас я уволился и уже пенсионер.
– Паспорт и пенсионное удостоверение, – это та, которая писала в журнале.
Достаю паспорт и пенсионное удостоверение.
– Так вы прописаны не здесь! Вы прописаны в Лианозово, а мы в Лефортово.
– А живу-то я в Лефортово.
– Вы жить можете хоть на Луне, а лечиться должны в Лианозово.
Нога заныла, и боль начала распространятся по всему телу. Кроме физической боли прибавилось чувство – в народе его называют «симптомом побитой собаки». На ум пришло сразу достаточно много вариантов ответа, но осознание, что я выступаю, по факту в качестве просителя, возымело действие, и я произнёс: «Девочки, я всё-таки ветеран боевых действий. У меня ранение, контузия».
Та, что постарше, свысока посмотрела на меня и произнесла:
– У меня муж тоже ветеран боевых действий.
Для чего это было сказано, я не понял. Наверное, что бы как-то уравновесить наш с ней медицинский спор.
– А могу ли я увидеть начальника медицинской части?
– Он у нас в отпуске!
– А кто его замещает?
Этот вопрос заставил моих собеседниц изрядно думать. Одна сказала, что это, наверное, кабинет 24. Нет, сказала вторая – это кабинет 26.
Я развернулся и отправился в кабинет под номером 26. Табличка гласила, что в этом кабинете заседает врач-инфекционист. На стук никто не ответил. Приоткрыв дверь, я задал самый, наверное, идиотский вопрос в этот день: «Простите, могу ли я видеть начмеда?» Тишину разорвал голос, который мне поведал, что начмед в кабинете номер 52.
Медленно, превозмогая боль, я побрел в поисках этого кабинета. Я шел и думал, что зря я отказался от помощи жены. Опираясь на ее локоть, было бы легче двигаться. Вторая мысль была еще интересней: «Может послать все к лешему. Само пройдет».
Но чем дальше я двигался, тем становилась резче боль, и я понимал, что само ничего не пройдет.
Вот и кабинет с номером 52. На нем скромная надпись – «Терапевт».
Стучу.
– Войдите.
Захожу. Миловидная женщина в белом халате.
– Я ищу начальника медицинской части.
– Я исполняю его обязанности.
Коротко объясняю ей суть дела.
– К сожалению, это так. Мы получили письмо от начальника медицинской службы Вооруженных сил России, где прописано, что офицеры-отставники должны лечиться по месту регистрации.
– Но живу я возле вас. А прописка, это так сказать, прошлые времена. Я жду получения жилья изо дня на день.
– Это не играет роли.
– Что же мне делать?
– Идти в свою поликлинику.
– Вы можете хотя бы снять боль?
– Хорошо! Я провожу вас в процедурный кабинет.
Мы вышли в коридор. Врач быстро побежала, цокая каблучками по полу.
Я медленно брел за ней, понимая, что боль в ноге происходит от боли в сердце.
На улице бушевала осень. Это была осень моей уже не кадровой, а военно- пенсионной жизни.
А ногу? Ногу обезболили!
Но она начала болеть снова спустя час.
Tags: ОчеркProject: MolokoAuthor: Матвийчук Анатолий