Павел учился в геологоразведочном техникуме. До окончания учебы оставался еще один год, но ранней весной 1943 года его направили на полугодичные курсы пулеметного училища, которое находилось в небольшом туркменском городишке.
Непривычно было удмуртскому пареньку жгучее южное солнце. Наползавшись за день по раскаленному песку с тяжелым «максимом», Павел ночью не мог поначалу спать в душной казарме. Немало схлопотал он всяких очередных и внеочередных нарядов за то, что опаздывал по утрам на построение, за то, что «клевал носом» на занятиях.
Прошло три месяца. Павел уже стал привыкать к жесткой военной дисциплине. И тут в душную августовскую ночь всех курсантов подняли по тревоге, погрузили в вагоны. На западе шли жаркие бои, и фронт требовал подкреплений. По дороге на их эшелон налетела армада фашистских стервятников. На безусых юнцов обрушилась воюющая, свистящая, добела раскаленная смерть. Курсантские роты заметно поредели. Они подошли к Харькову в тот момент, когда был отдан приказ о решительном штурме города. Курсанты с ходу ринулись в бой.
23 августа город был взят. Но аттестовать на младших лейтенантов было уже почти некого, да и некому. Командир училища и многие офицеры полегли смертью храбрых у подножия Холодной горы.
С того дня Павел немало перепробовал на фронте воинских профессий. Был он пулеметчиком и связистом, артиллеристом и сапером. Последняя его «должность» — полковой разведчик. Эта опасная профессия пришлась ему по душе. Навыки и умения, полученные Павлом на прежней солдатской службе, в разведке очень пригодились. Во взводе, пожалуй, не было такого бойца, кто бы лучше его разбирался в своем и немецком стрелковом оружии, во всякого рода минных ловушках. Не в диковинку была для него топографическая карта. Он ориентировался в любой местности. Если требовалось, мог заменить радиста, корректировщика-артиллериста.
Понравилась статья? Поставь лайк, поделись в соцсетях и подпишись на канал!