В дальнейшем, поездки на природу с целью построить забор, уже не казались мне чем-то скучным и однообразным. Я воспринимал их уже исключительно, как возможность насладиться тяжелым физическим трудом и стать за счёт этого сильнее. В те времена я для себя понял, что не хочу только лишь изучать боевые искусства и отрабатывать удары.
У меня появилось влечение к подъёму тяжестей и, в частности, больших и неудобных предметов. В начале моей истории это были бревна, а затем уже и штанги, гантели, гири, бочки, мешки с песком, а также огромные камни и даже бетонные поребрики. Но, это уже немного другая история. Вернёмся всё же к моменту, когда мы с отцом оборонялись от кабанов и сооружали забор.
Одно дело, когда тебя мотивирует сам процесс, но меня стала заряжать также и идея, что мы мастерим защитную стену, чтобы прожорливые животные не съели всю картошку. Я сразу же стал представлять образы из фильмов про средневековье, а подобное очень вдохновляло меня. Это действительно впечатляющая картина, когда армия двигается пешим строем куда-то 2-3 недели, при этом тащит на себе много тяжелого добра, спит по 6 часов и преодолевает в сутки более 75 км, а затем еще сражается целый день, выживает, собирается в кучу и дальше, снова за дело…
Чертовски сложный процесс, как мне кажется. И я думаю, что ни один современный человек, не смог бы повторить подобное и уже тем более жить в таком темпе, при подобной нагрузке. Это и вдохновляло меня всегда – образ жизни солдата в средневековой армии. Моё таскание бревен по лесу, чем-то напоминало мне об этом. Я испытывал полное физическое опустошение и, приезжая домой, просто падал, иногда не добираясь до кровати или дивана.
Утомление было запредельным, но где-то там, в глубине души, я осознавал, что становлюсь всё сильнее и сильнее. И казалось, это даёт гораздо больше сил, чем еда и сон. Прошло 3 недели, мы уже почти достроили первую стену нашей крепости, а я уже мог пройти с бревном на плече не 10 метров, а почти 100, если не брать в расчёт, что иногда плечо ужасно резало от боли. Но я останавливался и брал его на другое плечо, а там что первое заболит, то ноги, то шея, то спина.