Поговорка преферансистов: «Знал бы прикуп - жил бы в Сочи» в полной мере применима и к некоторым историческим событиям. Иногда происходят вещи, которые потом стараются не вспоминать. Потому что стыдно.
К таким событиям относят то, что произошло в городе Брест в 1939 году. Разобраться в них трудно. Слишком много спекуляций и слишком больная тема для народа, потерявшего десятки миллионов жизней в Великой Отечественной войне.
Предыстория такова. В сентябре 1939 года Германия напала на Польшу. Советский Союз, со своей стороны, начал оккупацию восточных районов Польши. Официальная версия советской стороны - для обеспечения безопасности советских границ и сохранения буферной зоны между ними и границами Германии. Согласно договорённости сторон между советскими и немецкими войсками была установлена демаркационная линия: «которая проходит по р. Писа до её впадения в р. Нарев, далее по р. Нарев до её впадения в р. Буг, далее по р. Буг до её впадения в р. Висла, далее по р. Висла до впадения в неё реки Сан и дальше по р. Сан до её истоков». Соглашение об этом было подписано 21 сентября 1939 года.
Город Брест-Литовск и Брестская крепость были заняты фашистскими войсками 14 и 17 сентября соответственно, но согласно договорённостям, оказались на Советской территории.
22 сентября 1939 года немецкие части должны были покинуть город, а советские, соответственно, в него вступить. Командование немецкими войсками осуществлял Гейнц Гудериан. Именно он настоятельно требовал от советской стороны, представленной командующим 29-ой отдельной таковой бригады Семеном Кривошеиным, провести совместный военный парад на центральных улицах Бреста. Однако последнему такой вариант передачи города не нравился. В итоге было принято компромиссное решение, немецкие части в торжественной обстановке покидали город в тот момент, когда советские танки должны были в него вступать.
Для принятия города вечером 21 сентября 1939 года в него прибыл комбриг Кривошеин в сопровождении четвёртого батальона своей бригады. Основной состав бригады в город не вступал.
В 16 часов 22 сентября 1942 года Кривошеин, в сопровождении части бойцов 4 батальона 29 отдельной танковой бригады, прибыл на центральную площадь Брест-Литовска, для участия в смотре торжественного прохождении немецких войск. Был выстроен небольшой постамент, на котором стояли Гудериан и Кривошеин. Небольшая группа советских танкистов находилась в рядах немецких солдат, наблюдающих за проходящей техникой. Событие снималось германскими кинохроникерами.
Участвовали ли в этом марше советские танки? Если верить германской кинохронике, да. Вот Гудериан и Кривошеин приветствуют проходящие немецкие колонны, вот проходят советские танки. Вот в рядах наблюдающих за парадом стоят советские танкисты. Но если присмотреться повнимательней, то видно, что советские танки, якобы следующие следом за германскими колоннами, сняты либо в другое время суток, либо вообще на другой улице. Обратите внимание на задний план на снимках. Совершенно разное количество людей, дома.
Таким образом, становиться очевидно, что документальных подтверждений именно совместного парада нет. Техника снята в разное время и в дальнейшем, при монтаже, выдана за совместный парад. Более того, советские танки никак не выглядят подготовленными к параду. Они просто грязные, что неудивительно, ведь до входа в Брест они преодолели 80 километров по сельским дорогам. Такое могло быть как раз в случае, если войска, согласно договорённости, вошли в город прямо с марша.
Но означает ли отсутствие совместного прохода техники по улицам Бреста что-либо кроме доказательства мифологичности совместного парада? Меняет ли лично моё отношение к ситуации то, что комбриг Кривошеин только принял участие в приветствии проходящих колонн немецких войск, а не участие в совместном параде? Однозначно нет. К сожалению это одна из чёрных страниц нашей истории. Как бы не относиться к этому, но раздел Польши между СССР и Германией был произведён. Вторая мировая война началась.