Список кораблей - это огромный многостишный перечень всех греческих царей, явившихся на зов Агамемнона, перечисление сколько каждый из них привёл за собой кораблей, и, (о, ужас!), поимённые списки воинов, которые на этих кораблях приплыли .
Эта глава своей громоздкостью и однотипностью информации значительно выделяется на общем фоне, так что у некоторых исследователей даже возникло подозрение - не была ли она приписана много позже, уже совершенно другим автором? Тем не менее, в своей "Поэтике" Аристотель искренне восхищаясь "Илиадой", и называя её абсолютным совершенством, ничуть не смущён непоэтичной и чересчур информативной главой. В его понимании это перечисление необходимо также как и все остальные части для поддержания единства действия в книге.
Кроме того, своеобразная перекличка греческих воинов необходима ещё и для подтверждения историчности и достоверности остальных событий. Мы узнаём как много героев с замечательной родословной прибыло к стенам Трои, кем они приходятся друг другу, и насколько они все уступают богоподобному Ахиллесу - красотой, воинской удалью, храбростью, и так далее.
Но основной причиной появления в книге этой главы становится необходимость показать организованность и единство греческого войска, в противовес ссорам, которые имели место быть в предыдущих главах.
Последние строки главы посвящены кораблям, которые привёл за собой Ахиллес, не желающий вступать в сражение из-за недавней ссоры с Агамемноном. Они вот-вот собираются отплывать, но воины "Праздные, с края на край по широкому стану бродили " и очень грустят. Эта деталь подчёркивает неделимость греческого войска, и даёт понять позицию автора - как бы ни был Ахиллес восхитителен сам по себе, насколько бы он ни превосходил всех воинов вместе взятых - порядок, дисциплина и единство многих имеют большую ценность, чем свободолюбие и бесстрашие одного.
Чёткая организация жизни и подчинение строгим законам - природным и человеческим, - очень важный аспект для любого порядочного древнего грека, так что Аристотель, как порядочный древний грек, очень даже уловил этот посыл Гомера, и оттого радовался читая скучный перечень имён. А вот Мандельштам так лечился от бессоницы.