Шёл второй год войны. Наверное, с этим свыкнуться никак нельзя. Мы уставшие, всё время под открытым небом, под прицелом русских. Везде грязь, холод, сырость, постоянно мучают и достают вши и блохи. Я всегда мерзну, русская погода меня сильно удручает. Не помню, когда последний раз брился, а тем более мылся.
Я очень хочу домой! Вспоминая уют домашнего очага и свою Stefanie, понимаю, что этого уже не увижу. Ах, милая моя Stefanie! Свидимся ли мы с тобой?
От всех этих мыслей меня вывел взрыв снаряда. Он разорвался в ста пятидесяти метрах от моей траншеи.
Как хочется курить! С продовольствием и куревом стали перебои и напряги. Последнюю свою сигарету выкурил ещё два дня назад.
- Claus, дай закурить, не будь жмотом!
- Manfred, извини, но я выкурил все свои ещё вчера. Сам страсть, как мучаюсь. Стрелял у Gans, но у него тоже нет.
Снова снаряд за снарядом ложатся рядом с нами. Это заработали "Сталинские органы". Земля вокруг сотрясается, огромные комья летают в разные стороны. Мы лежим на дне окопа. Прошёл час, очень хочется курить. Русские прекратили свой обстрел. Выглянув из окопа, я не узнал свои позиции. Вокруг одни воронки от взрывов, вся земля изрыта до неузнаваемости. Посмотрев вперёд, мы увидели, как русские иваны пошли в атаку.
Ах, как хочу курить. Многое отдал бы за пару затяжек.
Нам пришёл приказ, чтобы мы открыли ответный огонь из своих 80 мм миномётов. Из пятнадцати миномётов после обстрела уцелело только одиннадцать. Установив свой миномёт в воронку от снаряда катюши, мы начали обстрел. Рядом нас поддержали пулемётным огнём из MG-40 наши соседи.
Крики "Ура" прекратились. Многие иваны упали мордой в грязь. Мы продолжали методичный обстрел. Через час русские стали отступать.
- Gans, Claus продолжайте обстрел без меня. Я отлучусь на пятнадцать минут.
- Ты куда?
- Хочу воспользоваться моментом и позаимствовать русских сигарет. Прикрывайте!
Быстрым бегом, пригнувшись, я достиг точки, где недавно лежали большевики. Пули свистят вокруг меня не переставая. Перевернув тело русского солдата, я обыскал его и ничего не нашёл:
- Ваня, ты что не куришь?
Подполз к следующему. Повернул, смотрю, монголоидного типа. Вся грудь его изрешечена пулемётом MG-40. Наши пулемётчики молодцы. Осмотрев его, нашел кисет с табаком. Ладно пойдёт и табак, я не гордый.
Быстро возвращаюсь. И тут, чувствую резкую боль в плече. Слава богу, пуля пролетела вскользь, задев только край мышцы. Добежал до своих.
- Manfred, ты не нормальный! К тому же ещё и ранен.
Друзья перевязали меня, после чего Gans закрутил каждому из нас по самокрутке. Мы с жадностью затянулись. Claus закашлялся.
- Да, силён русский табак, даже горло дерёт.
Через десять минут боль моя стихла, немного отпустила. Бой прекратился. Claus что-то рассказывал, мы все смеялись, всё как в тумане. Я ничего не понимал, только Gans, самый заядлый наш курильщик произнёс:
- А табачок, чудный, не зря ты, Manfred, за ним бегал!