"Много, много, бесконечно много. Дней, месяцев, лет. Казалось, это гиблое болото не кончится никогда...
Руки стёсанные, сучковатой слегой, в кровь. Изъеденное мошкой и гнусом лицо. Ноги, уставшие и закаменевшие от однообразных, в вечном напряжении, движений.
Голос ссипшийся от бесполезных криков о помощи. Спина, прежде прямая и гибкая. А, ныне согнувшаяся от монотонной осторожной жизни. Исчезнувший ещё в первые годы интерес и аппетит к чему-то. Кроме - выжить.
Пустая, больная голова. Помимо тошноты и безысходности ничего не ощущающая. Чувство вины - тягостное и беспричинное. Видимо, за простоту и наив. В эту топь и ввергнувшие.
Болезненное желание отомстить. Всем. За всё. Когда выберусь...
Думала, эта хлябь и мерзость не кончатся никогда.
Но, слега неожиданно уперлась в твёрдое. А, ещё пару шагов, и она не потонула в трясине. И, уйдя на десяток сантимов, указала - суша близко.
Рывок, ещё, ещё. И я выскочу..."
*****************************************
"Её согнали с трона. С её законного места. Где она была "царь горы" и всё такое прочее.
Давно. Очень давно. В конце последнего захода. Думается, именно потому на финише всё оказалось так печально. Печальнее некуда...
Сгонял разный люд. В несколько раундов. Разнообразными средствами.
Сначала, милейшая дама. Подруга. Якобы.
Шуровала клеветой, наветом и могучим, наглым, всё сметающим напором. Вываляла, покорёжила, пошатнула.
Было тяжко, но она устояла. Оставалось ещё за что держаться. Чему верить.
Следующими оказались люди в кожанках и с маузерами. Грабежами. Насилием. Расстрелами в двориках, у стеночки. Они выбили такую привычную и надёжную почву из-под её ног. И вымели из родных краёв.
Это оказалось посерьёзнее "подруги". То, что ранее питало и сохраняло. Досталось "матросам, в бальных туфлях". И назад - как стало очевидно - пути не предполагалось.
Далее, были совсем чужие, хотя и вполне приличные на вид, люди. Они разрушали её тихо, без скандалов и угроз. Они просто её не замечали. В их давно и благополучно устаканенной и предсказуемой жизни не было места таким, как она. Обобранным, оболганным, расстрелянным.
Последним, стал любимый. Её - скрадно пьющую и стремительно теряющую жизненную силу и причины жить. Он списал. Решил, видимо, что - вся вышла.
И вот эта последняя капля, затопила её. И быстренько определила характер финала...
И как бы то ни было. Новый заход имел при себе все изъяны, недоделки и упущения. Предыдущего.
И всё повторилось. Не так, не там, не с теми. Но, по сути, ровно то же.
Она уже. Забыла, какой была до "подругиной" подставы.
Она уже. Поверила, что то, как к ней - это верно. И законно. И справедливо.
Она почти смирилась, что "королевой" внутри. Трагично и тотально не совпадает с "поди принеси и постой в уголочке" снаружи. Что люди, не хотят и не будут. Считаться с её мнением - о её месте. В их жизни.
И когда она совсем было решила, что - тупик. И безвыходно.
Что-то случилось и произошло. Она успокоилась. И решила. Что королева - без свиты. Это, по любому, лучше и правильнее. Чем королева - с недостойной свитой.
Иллюзии разбились вдребезги и осыпались снежной крошкой. Люди - бывшие, прежние - оказались ничего незначащими и мелкими. А, занять своё, законное, заработанное и выстраданное. Вычертилось главным делом жизни.
Мироустройство пришло в движение и вскоре восстановило давний, истинный вид и порядок...
P.S. Свита - в растерянности. Король - в панике..."
~~~
"Знаете, чего хочет женщина? Чтобы с ней обращались как с королевой; но, хочет она этого от короля, а не от пешки".
Джеймс Робисон