Как материнство меняет женщину?
Кардинально.
Став мамой, я почувствовала, будто стала выше, сильнее, отважнее. Мне казалось, для меня нет ничего невозможного, я сверну любые горы ради своего ребёнка, ради того, чтобы быть для него самой лучшей мамой.
Ребёнок даёт силы, о которых раньше женщина и не подозревала. Однако вместе с тем, делает её такой уязвимой.
Вот раньше, например, казалось, ничто не причинит мне такой боли, с которой я бы не могла справиться. Я думала, что я – скала. Незыблемая, непоколебимая, сильная (приходилось такой быть, жизнь воспитала).
А тут всё стало другим. Ты вроде стала выше, но такая уязвимая. Так просто сделать тебе больно – стоит только кому-то сказать что-то неприятное о твоём чаде.
Одна лишь мысль, что ему может что-то грозить, внушает дикий ужас. Ты боишься уже, заранее, хотя ничего не произошло и нет никаких предпосылок к этому. Но ты боишься, везде видишь опасности для своего малыша, в каждой встречной бродячей собаке, в каждом подозрительном на вид мужчине. Везде маньяки, говоришь себе. И ломаешь голову над тем, как уберечь своего ребёнка от ужасов этого мира. Как? И как не свихнуться от этих мыслей, страхов…
Тебя так легко ранить. Так легко причинить тебе боль.
Дети делают нас уязвимыми, давая силы на невероятные вещи.
Как материнство меняет женщину?
Став мамой, через некоторое время, не сразу, я почувствовала, как у меня обнажились и закровоточили все мои детские раны. Я их годами зализывала, прятала глубже, глубже, в недра своего подсознания, думая, что раз я их не вижу, то их нет, и можно спокойно жить дальше.
А тут они заявили о себе, все мои нарывы. Я смотрела на своего крошечного ребёнка, и впервые в жизни вдруг осознала, что когда-то и я была такой же крошечной, сладкой, с пухлыми щёчками, улыбалась беззубым ртом, завидев маму или папу…
Радовались ли они мне так же, как я радовалась своему ребёнку? Умилялись ли, видя, как я расту и пытаюсь вставать на ножки, агукаю, кряхчу, совершая смешные движения? Доставляло ли им счастье видеть меня такой?
Я не знаю. Они никогда не рассказывали мне об этом. Они не сохранили для меня ни одной детской фотографии, и я даже не могу узнать, какой я была. Они не заботились обо мне так, как должны заботиться о своём чаде настоящие мама и папа. Увы. Они не выбирали выражения в общении со мной, маленькой. Оставляли меня одну, бросали, пренебрегали мной, моими эмоциями, чувствами моей болью. Они сделали столько всего, что по всем законам педагогики и психологии, я не должна была вырасти полноценным и счастливым человеком. Я должна была загнуться, не дожив и до 20, как загибаются многие дети, которым не повезло с родителями. Но вопреки всему я выросла. Не без труда, не без проблем, с израненной душой, которую до сих пор пытаюсь излечить. Ради себя, ради своего ребенка я учусь быть счастливой каждый день, каждый момент своей жизни.
Я часто думаю о том, как много вокруг взрослых детей, не получивших в детстве жизненно необходимой любви, заботы, поддержки. И вот выросли они, и бродят по жизни неприкаянные, пытаясь заполнить свои пустые, израненные души всё равно чем. А в душе – дыра размером с планету. Там, где должна быть любовь, где должно светить солнце, всё затянуто чёрными тучами.
Сплошь страдание…