Из всех жанров кино хоррор больше остальных играет на нервах и инстинктах зрителей. Музыка, внезапный тихий звук, случайное шевеление в углу кадра – не просто дополнение к нарративу, а полноценные элементы произведения искусства. Бывает даже, что сам сюжет низводится до статуса бонуса к атмосфере саспенса или скримерам, выпрыгивающим из-за каждого угла.
Впрочем, это не случай дебютного фильма молодого режиссера Ари Астера Hereditary (российские прокатчики локализовали как «Реинкарнация», а вообще-то название переводится как «Наследственное» или «Наследуемое»). Картина, вышедшая совсем недавно, нарочито избегает пугалок в виде громких звуков и неожиданных прыжков в камеру, а в основе лежит тщательно продуманный сюжет.
Давящая атмосфера – единственный способ донести ту темную историю, которую рассказывает Астер. Историю, которая несколько раз притворяется тем, чем не является, и даже не подает виду. Чтобы усилить эффект, режиссер варьирует времена дня, крупные и общие планы, акцентирует внимание на деталях, которые вызывают смутную тревогу.
Все начинается с похорон бабушки, отстраненной и странной, по которой не очень скучают родные – кроме маленькой Чарли, такой же замкнутой, как и почившая старушка.
Девочка почти не разговаривает, выглядит так, будто скрывает какую-то страшную тайну, и играется с отрезанной головой голубя.
По мере раскрытия сюжета выясняется, что с семьей Грэм вообще не все в порядке. Сначала может показаться, что психически нездоровая бабуся баловалась переселением душ и пыталась воскреснуть (реинкарнировать) в теле девочки. Затем повествование берет резкий крен, и фильм превращается в надрывную семейную драму – не занудную и вымученную, а до боли жизненную и почти физически неприятную.
Наконец, обе линии сливаются в одну, и она все равно оказывается неожиданной для зрителя – даже если внимательно следить за всеми символами и подсказками, которые создатели заботливо оставили в самых неожиданных местах: от речи учителя на школьном уроке до вышивки на коврике случайной знакомой.
В какой-то момент понимаешь, что этот прием срабатывает посильнее любого скримера: внезапное осознание того, какая же дичь творится в жизни и без того не самых счастливых людей, достигает кульминации при столкновении с явно внеземными силами. И это осознание приходит не за счет чего-то громкого и резкого – достаточно услышать характерный звук, который издавал давно умерший персонаж, чтобы холодок побежал по коже.
Соседское добродушие оборачивается частью дьявольски продуманного (почти как у режиссера) плана, любители классических сюжетов об общении с умершими и экзорцизме оказываются жестоко обмануты, а после титров приходится возвращаться в памяти к началу фильма, чтобы понять, насколько неотвратим был финал.
«Реинкарнация» - хороший пример того, что можно назвать «новой волной» хоррора. В последние годы у приевшихся трэш-ужасов со скримерами, дешевыми эффектами, нелепой игрой актеров и банальным сюжетом, кое-как слепленным за один рабочий день, появилась достойная альтернатива. И фильм Астера, и «Ведьма» 2015 года, и «Визит», перезапустивший карьеру Шьямалана и позволивший ему заняться фан-сервисом в «Сплите» - все это серьезные и качественные фильмы. Степенью разработанности темы и уровнем производства они не отличаются от психологических драм, почитаемых за высокое искусство.
«Реинкарнация» - кино-обманка, сохраняющее при этом максимальную серьезность. Жуткая история о сатанизме, катализатором в которой выступает аллергия на орехи. Притча о семейной трагедии, в которой сама трагедия оказывается меньшим из зол.
В конце концов, это буквальная экранизация метафоры «не теряй головы». Главное – не слишком резко после финала обернуться, чтобы проверить, не сидит ли родная мама у вас под потолком.