Калугина с Новосельцевым будут жить долго и счастливо, чтобы умереть от инсульта в один день. Москвичка, не верящая слезам - начальник Тихомирова с принцем Гошей - фифти-фифти.
Даже Вера Силкова из «Влюблён по собственному желанию», быть может, привяжет к себе преобразившегося Брагина.
А вот Афанасий кинет ли Катю Снегирёву? Это сорт женщин такой — пристать, как репейник. Кроме того, у неё самое термоядерное сочетание: якобы-кротость с железобетонной уверенностью.
Она - прямолинейная и чистенькая. Заметим, Катюша и своих коллег заездила сентенциями.
То, как она рассказывала о своей сотруднице, которая «не носила на дежурство шапочку», способно выбесить кого угодно — апатичный Афоня же тупо смотрел в пространство.
Катя даже не поняла, что она — последняя соломинка, запасной аэродром, креветка на безрыбье и прочий «третий сорт — не брак».
Как только на горизонте маячило нечто сносное - Афоню сдувало, как пушинку. При том, что Катя - не уродина и не лохудра. Просто - липкая и навязчивая. Оно пугает.
Оптимистична, романтически настроена, говорлива, инфантильна. Стоит Афоне появиться, она уже готова его опекать, радовать «интересными историями» и — спать с ним.
Липкие дамочки часто сочетают в себе «природную стыдливость» и — ураганное либидо. Думают при этом: ну, теперь он - мой. Но Афоня от неё всё равно шарахается.
Она его чуточку привлекла, когда исчезла. Когда сделалась недоступной, как та «принцесса» в домашнем платье, с косой и — гламурной собачкой. Занимает лишь то, что надо отвоёвывать. Что требует вложений.
А Катя? Бесплатно досталась. Да! Сама накормит, сама предложит. И — не откажет. С бодренькой улыбкой протарахтит очередную дивную глупость.
Приедет в никуда из ниоткуда. С гостинцами. Конечно, финал — радужный. Как бы. Наш Афоня сейчас в неё вцепится ...с горя. Попробует. Будет слушать долгие рассказы о светлой и правильной жизни.
Потом взвоет и сбежит в ночь. Куда угодно — бухать, драться, прыгать в фонтан — ради той, которая его ещё «Вольдемаром называла».
К липкой Снегирёвой и её тихим прелестям он завсегда сможет вернуться — бухой, с фингалом и даже с Федулом. Катя всё равно будет рада.
Зина Корзина (с)