Есть два героя, которые очень нравятся зрителям. Точнее, эти персонажи - умиляют и радуют. Причём, до сих пор. Но есть нюанс - это фигуранты ретро-фильмов. Культовых ретро-фильмов, созданных под лозунгом «Что пройдёт - то будет мило». Это - Костик из «Покровских ворот» и Людмила из «Москва слезам не верит». И есть ещё один нюанс - в 1950-х годах именно такие типажи попадали на страницы фельетонов и разгромных статей. Но ведь прошло и стало мило.
Я часто публикую отрывки из старых оттепельных кинокартин, где именно хищные Людмилы и якобы обаятельные Костики выступают в роли отрицательных персонажей. Они - поверхностны, хитроваты (под видом порхающей общительности), глубоко и накрепко, то есть неизлечимо нарциссичны. Их по сути волнует только их драгоценная персона - для достижения целей они отбрасывают лишних людей, подобно тому, как ракета отбрасывает ступени.
Костик - безо всякого душевного волнения вычёркивает (в прямом смысле этого слова) имена своих любовниц и подружек. Ибо нашлась выгодная Марго. Тот факт, что Марго именно выгодная заметно с первого взгляда - в те годы иметь такую экипировку для фигурного катания могла только дева из приличной фамилии. И Костик не прогадал - сталинская высотка всегда прилагается к таким девочкам и таким юбочкам.
Вы вправе сказать, что Костик полюбил не мажорку, а просто дивно сложенную, обладающую высокой самооценкой, красавицу. Но так сие не противоречит вышесказанному. Костики всегда видят правильную цель. Для быстрых поцелуев у них есть Светланы из «Трудовых резервов», а для сексуальных развлечений - малахольная Анна Адамовна. И всё это - под шуточки, прибауточки, смешочки. Он - душечка. Ему всё можно. Он везде влезет.
Людочка тоже держит при себе кучку более-менее подходящих поклонников, дабы потом взять самого податливого из перспективных. О них она отзывается, как о товаре в магазине игрушек - ну да, какие-то кандидаты наук что ли... Технических. Поэты, хоккеисты, далее - по мелочи. Использовать людей на всю катушку, не считаясь с последствиями, - их стиль. Можно и наивную Катьку подрядить для массовки. Что там далее? Фигня. Главное - заманить хорошего мальчика в свои пленительные сети.
У Тоси - какой-то рыхловатый Коля? Так Людочка с ходу обесценивает парня, говоря, что такое сокровище можно было и в деревне сыскать. Да! Вот ещё один важный момент - и Костик, и Людмила - не москвичи, а, так сказать, завоеватели. «Он пробьётся, Александра! Он надышится Москвой!» Вот они и вдыхали, пока природные москвичи равнодушно фланировали по своему городу. Что характерно - оба (в результате) не счастливы.
Не фатально. Не с петлёй на шее. А вот так - полуразбитое недо_корыто. Интересно, что такие люди яростно и маниакально ностальгируют по своей юности. Когда они были свежи, красивы, полны злой и яркой энергии. Костик с унылой миной приезжает в свой старый район. Людочка получила спившегося Гурина, и теперь мечется по жизни в поисках какого-нибудь генерала. А ресурс-то на исходе. Более того - профессии-то у неё по факту нет.
Подруги - при деле (одна - маляр, вторая - начальник). Эта - подаван в химчистке, а это в советской Табели о рангах значилось куда как хуже, чем маляр. Намного! Остаётся только завидовать Катерине с её весьма сомнительным Гошей. Людмила и Костик - люди, привыкшие выигрывать в лотерею. До поры - до времени им это удаётся. По факту - они оба отрицательные герои своего времени. Впрочем, авторы (возможно, вполне случайно) подчёркивают, что итог у обоих - довольно тоскливый.
Зина Корзина (с)