В мавзолее Ленина я был лишь однажды. Мне было года четыре (то есть воспоминания уже очень смутные), но эмоции от увиденного я помню хорошо: я был в настоящей эйфории от тепла в здании. Восковая фигура вождя мирового пролетариата была как свечка, к которой тянулась сонма жавшихся от мороза посетителей. Никто не шел смотреть в саркофаг - все шли погреться от углей факела мировой революции.
Тогда было морозное утро. Сильный сиплый ветер на Красной площади сгреб людей в одну кучку, как опавшие осенние листья. Все они оказались около здания мавзолея. Красные, желтые болоневые куртки. Действительно опавшие в октябре листья. Мы с мамой пришли рано, но все равно в очереди “на прием” к Владимиру Ильичу простояли долго.
Первоначальное любопытство посмотреть на человека, о котором так часто говорят взрослые на кухне, быстро сменило банальное желание погреться в помещении. Пока очередь обходила спящего дядьку, можно было вынуть руки из карманов и постараться впитать ими побольше тепла помещения, от воздуха закрытого зала, в котором “надышали” простуженные носы нескончаемой очереди.
Кроме того, я рассчитывал, что мамины руки тоже станут эдаким аккумулятором, а значит - и моим запасом тепла для улицы. Можно будет снять на время варежку и схватить ее за руку. По моим расчетам, этого должно было хватить минимум - на проход через всю Красную площадь. А там уже и метро недалеко.
Тогда я ничего не знал о Ленине, но уже задавался вопросом: зачем смотреть на тело, набитое воском? Оно не блистало красотой, не говорило, и вообще, как я позже узнал, из тела вынули все человеческие органы уже сразу после смерти Ленина. Короче, в философе уже давно не было и намека на жизнь. Но тогда, в 90-е, многие, кажется, верили в возрождение идеи коммунизма. Кстати, говорят, на выборах президента России в 1996 году победил не Ельцин, а коммунист Зюганов - победу первого просто фальсифицировали. Другими словами, страна выпила 90-х и начала звонить бывшим: “Чего не спишь? Приезжай в гости”. Если раньше люди уезжали из страны подальше от коммунизма, то сейчас они уже возвращались к нему, сюда, поближе к кремлевской стене и все тем же неискренним новостям по телевизору.
Согревшись и в полном недоумении от увиденного я посмотрел на маму - она о чем-то задумалась. Я невзначай взял ее за руку - она была уже теплой. Значит “батарея” заряжена. Можно было идти к выходу.
Факел мировой революции остался позади. Народ быстро разбредался по Красной площади. Все, что дал этим зевакам Ленин - это немного согреть руки в тепле, которое они же сами и создали. В северном буддизме это бы назвали очередной “уловкой” существа, стремящегося к массовой эвакуации из колеса перерождений всего живого. Существо отдает себе отчет в том, что без обмана массы не поймут его мысли. Но им двигает сострадание.
Так поступило и тело Ленина: не передало суть марксизма-ленинизма, но стало поводом к объединению людей 90-х, верящих в прекрасное будущее или возрождение советского прошлого.