По большей части, про 4-й механизированный корпус мы можем узнать лишь в ключе Сталинградской битвы, ибо там воевало 2-е формирование корпуса. И очень часто забываются танковые сражения в районе Львова, а ведь именно там части одного из лучших корпусов РККА упорно сдерживали противника летом 41-го года.
Долгое время бои на Львовском направлении отечественной историографией не рассматривались, ибо среди действующих лиц был никто иной как генерал Власов, Андрей Андреевич. Из-за факта предательства всего его былые заслуги либо оказались забыты, либо постоянно говорится, что он мол их себе приписывал. Причем, даже в статьях, которые повествуют о боях 4-го мехкорпуса летом 41-го, говорится что он отдавал лишь первые приказы, а потом уже дивизии воевали каким-то образом сами по себе.
И все же, нас не интересует эта сторона вопроса, хотя она очень даже интересная. Тем не менее, 4-й механизированный корпус, включал в себя 892 танка, для сравнения 3-я гвардейская танковая армия перед Берлинской операцией насчитывала 632 танка и САУ. То есть, количество техники в 4-ом механизированном корпусе впору отдавать армии, а не нескольким дивизиям.
Корпус был в составе 6-й армии, которой командовал И.Н.Музыченко, что попадает в немецкий плен вместе с остатками своей разбитой армии, но это будет потом. А к 22 июня части корпуса располагались в районе Львова. Причем, окрестности города образовывали «Львовский выступ», именно поэтому надо было следить за собственными флангами, чтобы не попасть в окружение. К битве с врагом, 4-й мехкорпус был готов, в отличие от многих других частей РККА. И все же, немцы ударили хорошо подготовленными и мощным танковым кулаком, лишь на одну 97-ю дивизию обрушился удар сразу четырех.
Это было частью плана генерала Клейста, который командовал 1-й танковой армией: ему надо был пробить брешь между 5-й и 6-й советскими армиями, чтобы выйти на оперативный простор. Чтобы остановить противника изначально бросили в бой 32-ю танковую дивизию, а вот остальные части дивизии: 8-я танковая и 81-я моторизированная по факту бездействовали, но вели активную разведку. Именно этим частям довелось первыми вступить в бой с противником, и потеря два танка отступить.
Генерал-лейтенант Музыченко не смог адекватно среагировать на действия противника, именно поэтому уже к 24 июня правый фланг его армии находился в критическом положении, а Ставка приказала организовать контрудар в районе Луцк-Ровно-Броды. В нем участвовало 4 механизированный корпус, но Музыченко решил, что сначала надо заниматься собственными пробелами и приказал 97-й стрелковой дивизии, а также танковых подразделениям наступать, чтобы восстановить положение на фронте 6-й армии. А ведь 8-ю танковую дивизию у корпуса забрали и переда 15-му корпусу, так что наступать пришлось не в полную силу.
Удар обрушился на 71-ю пехотную дивизию, причем немцы не ожидали удара, и не смогли создать прочную оборону. Советские танки отбросили вражеские авангарды, и потеряли всего два Т-28. И все же противник очень быстро среагировал на атаку, и смог организовать грамотную оборону. Причем, советские танки, как это часто бывало, наступали без должной поддержки пехоты. Основным препятствием для частей корпуса был город Немиров(северо-западней Львова) где окопались немцы, и даже подошедшая 81-я мотодивизия не смогла улучшить положение. Первые атаки оказались безуспешными, и стоили не малых потерь.
В итоге, за город разгорелась такое ожесточенное сражение, что он весь полыхал, и советские танки, выбившие оттуда немецкую пехоту и бронетехнику не смогла его занять. В последующем советские части отступили, а немцы смогли занять деревню на 20 километров восточнее – Магеров. Причем, когда немецкие танкисты и пехота заняла селение, они посчитали, что противник их отступает. Однако, это не так. Снова части 4-го механизированного корпуса ударили по немецким танкам и пехоте, и те должны были отступить, немцы потеряли от 10 до 15 танков.
Однако, немецкие танки к 29 июня смогли выйти к Львову, по факту локальные победы не смогли остановить вражеские танки и вражескую пехоту. Основной удар немецких дивизий приняла на себя 32-я танковая, которая должна была в районе Львова прикрывать отход советских частей. Причем, части дивизии старались не только вести оборону, но и атаковать, однако ничего не вышло, и потеряв 16 танков подразделение наступило на исходные позиции.
В последующем под давлением противника 30 числа Львов пришлось сдать, однако под Львовом советские войска хоть и не смогли остановить противника, но и не лишились боеспособности. И все же в последующем 32-я и 8-я танковые дивизии были разгромлены противником, и перестали существовать как такое. В хаосе 41-го года исчезали целые фронта, что уж говорить о дивизиях.