3 сентября закончился один из самых эпичных ежегодных мировых фестивалей современного искусства — Burning man. Отличие данного мероприятия от всех других заключается в том, что посетители (они же жители импровизированной деревни) являются его полноценными участниками, не только участвуя в перфомансах и хэппенингах, но и создавая ту неуловимую атмосферу креативного безумия, которым так богат этот фест.
В этом году темой фестиваля были роботы. И, естественно, это нашло отражение во всем: в артобъектах, в костюмах и тюнинге транспортных средств, в выборе музыки и композиции лагеря. Как всегда, по итогам фестиваля часть инсталляций расползется по городам и весям, даря гражданам разных уголков мира частичку позитива и легкого сумасшествия. Фотографии которого прямо сейчас наводнили интернет.
Не так давно считалось, что современное искусство - одно из самых тяжело монетизируемых направлений. В отличие от классического, аукционы которого вызывают неизменный интерес. Изменение подхода и отход от классического галерейного представления работ подарили взрывной рост этому направлению. С 2000 года объём рынка современного искусства вырос более чем в 14 раз, перепрыгнув планку в 2 млрд долларов в год и отняв 12% у общего объема аукционируемых объектов.
Что послужило толчком к такому росту? Правильное позиционирование и смена стратегического соотношения между сегментами арт-рынка. Формула «Великий художник — это мертвый художник» была забыта ради ярких представлений современных авторов. Популярность при жизни достигается многочисленными перфомансами и укреплением Я-бренда через общение с почитателями таланта, привлекаемых не только к оценке работ, но и участию в создании. Фестивальный формат знакомства с авторами и инсталляциями обретает размах, превышающий возможности венецианского карнавала. Неслучайно именно США с его любовью к массовым коммуникациям имеет львиную долю в продажах.
Искусство не просто снисходит до народа, но становится воистину народным, чего так и не смогли достигнуть в зарегламентированном и наполненном тенденциозной пропагандой советском прошлом. Бабушки-смотрители и клеенчатые тапки остались в пыли классических галерей, тогда как пыль пустыни и пепел огненного шоу покрывает арт-объекты, которые можно трогать, фотографировать и любить от души.
При этом Россия, имея объем рынка в 20,3 млн евро по итогам 2017 года, пытается влиться в текущие мировые тенденции. Несмотря на то, что официальное искусство остаётся глубоко дотационным (от режиссёра Серебренникова до российского Фонда кино), ряд площадок предоставляет возможность принять участие в богемной жизни и получить доход за счёт правильного маркетинга, а не верно оформленных заявок на гранты. От дизайн-завода Флакон до клубных арт-вечеринок — все это не просто повод себя показать и на других посмотреть, но и работающая схема реализации стратегии развития рынка современного искусства.