Продолжение. Начало. Глава II. Глава 3
Вода улыбкой волн дразнило солнце, которое пекло всё сильнее, выдавая своё желание высушить море за действительное.
Джек сидел на песке и наблюдал за надоедливым характером прозрачной жидкости. Она никак не унималась в своём занятии разбиться о прибрежность песка более мелкими частицами.
Вода принимала всё новые тела и отпускала их на берег, пытаясь удержать разрываясь на капли на телах, с той же неохотой, что и повиновалась далёкости солнца.
Джек не любил море, ровно как и море не терпело Джека. Они никогда не сходились вместе, по крайней мере в одном пространстве. Джек предпочитал безмолвное отсутствие времени, море же наслаждалось вечностью момента, застывшее в желе его поверхности, отсчитываемое временем.
Время, в свою очередь, ненавидело их обоих. Джека — за его наслаждение бессмертностью смертного мира, что заставляло время всегда спешить вокруг Джека, который всё равно собирался скоро разрушить тонкий ручей уверенно текущего момента.
В море заходили всё новые тела, отдавая морю частицы себя и своих отходов. Оно ненавидело эти кожаные мешки, но вечность учит смиренному выжиданию мести.
Пора. Джек поднялся со своего места и направился к нужной точке. Смяв текучесть времени, он зашагал по воде, едва давая ей шанс затянуть себя в свою твёрдость жидкости.
На месте. Его уже ждала захлёбывающаяся голова, уже отдавшая тело засасывающему морю.
Джек отпустил поток времени, позволяя морю всосать его в себя, что оно сделало не без удовольствия. Пройдя вдоль тела Джек дождался момента, когда его рука будет способная схватить нижний отросток объекта и потащил его за собой. Вода, столь томимая жаждой копьём вошла в глотку своей жертве, разрывая лёгкие за тех других, что стряхивали частицы моря на жаркий песок. Спазмы объекта выбивали последние остатки жизни из его тела, когда Джек начал разгребать себе путь назад.
Выйдя на берег, Джек подошёл к груде тряпья и достал из кучи блокнот. Смерть зарегистрирована. Следующим на очереди был... Джек остановился взглядом, ударившимся о знакомые буквы. Его глаза царапались об эти знаки.
Следующей была она.
***
Дым горячей резины делал неразличимым силуэты покорёженного металла, ставшего единой массой, сжатой тисками действующей инерции. Вокруг был слышен вой сирен, заглушающей крики и визги кольца толпы, обтекающей место аварии.
Джек шёл против течения толпы, стекающейся по направления к месту происшествия. Чувствуя толчки плеч любопытных зевак, Джек шёл прочь, укутавшись в своё пальто, задавливая обзор взгляда полой шляпы.
***
Ноги выполняли свою функцию без указаний мозга. Они несли Джека к месту назначения. Джек не думал ни о чём, так было намного легче, чем зацикливать себя на чём-то другом, постоянно ловя себя на том, что работа мысли всё равно переключается на ненужную тему. Он двигался вперёд, не обращая внимания на всё остальное. Звон, стоящий в голове, напоминал только о себе, заглушая все остальные шумы. Вокруг Джека происходило какое-то движение, на которое он не снисходил обратить внимания. Звон в ушах обволакивал изнутри, пока его плотносто не прорезало остриё звука клаксона. Гудок стрелой поразил самую середину мозга, заставляя взгляд следовать обратному вектору звука. В глазах Джека отразился силуэт движущейся на него машины. Он стоял посреди дороги, вот-вот поймая на себя массу металла.
Джек сжал время, снова доведя его до писка. Плоскость, чуя свою изменчивость попыталась вырваться от зависимости четвёртого измерения. Сопровождая свои движения кривой изогнутости, проекция происходящего отделилась от течения времени, перепрыгивая на соседнюю плоскость. Джек, стоя в середине происходящего ощутил всю упругость гибких струн жёсткости, но удержал время ещё на мгновение, чтобы потом выпустить его. Время, изрыгая злостный крик, ринулось догонять ушедшую на миг из под власти проекцию мира.
Разрывая пространство время зацепило за собой всё, что могло. Кусок металла, изогнувшись в прогибе плоскости облизал Джека в десяти сантиметрах, заставив почуять кожу холодное дыхание ожога. Послышался визг тормозов и скрип металла с последующим звоном стекла под аккомпанемент сигналов машин- время нагнало настоящее, придав ускорение медлительному.
***
Едкий дым съедал всё вокруг себя, скрывая под покровом раскрошенный кирпич стены, перемешанный с коробками машин, несущих в себе фарш человеческих тел.
Крики присутствующих выводили Джека из себя всегда, но сегодня ему было особенно тошно.
Заем извещать других о твоём свидании со Смертью, когда она являлась не к тебе, да и когда все вокруг знают о её присутствии.
Путь Джека лежал через беспорядок, укрываемый серой завесой. Время не позволяло обойти уже ненавистную ему толпу, поэтому он шёл прямиком через суетящуюся кучу зевак, которые, несмотря на показной ужас и не думали расходиться, а лишь более сосредотачивали своё внимание на результате произошедшего, подходя ближе, чтобы получше разглядеть всё и демонстративно воротить от этого зрелища носы.
Пока Джек пытался пробраться сквозь толпу, с другой стороны подъехали скорая и бригада спасателей, которые принялись разгребать завалы поддавшейся металлическим ударам стены.
Джек поравнялся с машинной скрой помощи, которая судя по накрытому окровавленной простынёй телу, стала для кого-то катафалком. Джек мельком бросил взгляд на ношу санитаров. С носилок свисала рука, покачивающаяся в такт несущим её санитарам. На руке было множество разноцветных браслетов. Ярко-красный браслет выжег внутри Джека бездну, которая позже поглощала всё. Это был ей браслет. Это была её рука.
Джек вычеркнул её имя из списка, и развернувшись, пошёл прочь, разгребая плотное течение толпы.