реж. Уэс Крэйвен (1984)
«Кошмар на улице Вязов» делает две вещи:
1) работает как идеальная апология Шэгги и Скуби из «Скуби Ду».
2) доказывает, что даже если чувак выглядит крайне нелепо, он всё ещё может вас убить, причём очень жестоко.
Впрочем, одно тянет за собой другое. Смотря мультик про говорящего пса и его фриковатых друзей, мы не боялись, например, парня в костюме лангуста, только потому, что знали: а монстр–то ненастоящий. Единственные, кто не был в этом уверен, как раз вышеназванная парочка. После просмотра фильма Уэса Крэйвена их сложно в чём-то упрекнуть. Известно, что 100% вероятности не существует, даже в самой привычной ситуации остаётся небольшая лазейка для юркого и вкрадчивого вопроса «а вдруг?». Вдруг действительно лангуст поднялся из океанских глубин, чтобы по-настоящему нас убить? Хм, пожалуй, благоразумнее убежать.
Сон принято воспринимать, как иллюзию, обман, нереальность, следовательно, как состояние, хоть порой и пугающее, но безопасное. Если чудовище напало на тебя во сне, улепётывать необязательно, можно продолжать пудрить носик – дурман рассеется сам собой. «Кошмар на улице Вязов» неожиданно призывает нас к бегству. Только проблема местного сновидения состоит в том, что из него не так просто выбраться по собственной воле. Культовый киношный убийца Крюгер так и не может до конца убедить в своей реальности: может быть, наваждение всё же рассеется? Может когтистый гад рассыплется во прах от одного лишь хрестоматийного «не верю»? Однако Фредди оказывается куда реальнее любого «настоящего» маньяка: в конце концов, зловещая магия последнего рассеивается, к примеру, ударом по его башке особенно тяжёлым предметом. Мистер Крюгер на такое только ехидно рассмеётся и отпустит очередную колкость. Игра с ним должна вестись по доселе невиданным правилам и очарование великого фильма Крэйвена заключается как раз в том, что выкатываясь на знакомое слэшерное поле, он оказывается молодецки непредсказуемым. Кажется, даже Скуби Ду не смог бы избежать лезвий знаменитой перчатки.
Самое забавное, что кино куда-то прячет весь свой саспенс именно в те моменты, когда на сцену выходит его прима в шляпе и цветастом свитере. Фредди нелепо бежит, нелепо говорит… и нелепо кромсает лезвиями. И только тут приходит осознание, что это чёртов злой гений: ему совершенно не нужно соответствовать зрительским ожиданиям, он убивает так, как он хочет: с немалой изощрённостью используя власть сна (спецэффекты реализованы с большой выдумкой), или отдыхая, по-пролетарски размахивает когтями. Крюгер – злодей самодостаточный, и его нелепость лишь добавляет шарма и дьявольского обаяния (как, например, перекошенная физиономия превращает Сталлоне в неистового итальянского жеребца).
Для того, чтобы реализоваться, Фредди всего-то и нужно было, что погибнуть в страшных мучениях. И если до этого он был обычным мелким бесом, что убивает детей пачками, то теперь стал настоящим непобедимым Злом, демоническим Морфеем, который поселился в той юдоли, где человек наиболее уязвим.
Мораль: если вы полнейший гад и не удовлетворены своим положением, то, возможно, вам стоит умереть, чтобы обрести себя.